Rebel.

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
LTalk
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Займи своё имя.ltalk.ru, пока оно свободно

Rebel. > Поместье Синявиных.  14 октября 2016 г. 21:32:56



Запись модерирует её автор — Doubt..
Комментировать могут только участники сообщества.

Поместье Синявиных.

Doubt. 14 октября 2016 г. 21:32:56




УТ ВОТ МОЖНО В КРАТЦЕ ОПИСАТЬ, ДА-А-А-А...]

­­






Категории: Локации, Синявина
Обратите внимание на:
Интересно каким одним словом можно меня описать 9 июня 2008 г. Masyu
Пиффь описалась в зивотики :^) 18 октября 2015 г. Пиффь в зивотике
поместье Транси 7 марта 2011 г. mr. HASTLER S.A в сообществе Kuroshitsuji
Doubt. 15 октября 2016 г. 03:32:53 постоянная ссылка ]
Несмотря на славную погоду, почти сразу после скачек Рябинин захворал, и потому долгое время не хотел исполнить своего обещания возлюбленной, как и лично справиться о здоровье Анатоля, как и подготовится к приему гостей в будущем месяце (и вы спросите, зачем бы ему за месяц готовится к прибытию кузины и ее суженого, но об этом в другой раз). Дней всего около двух - но длинных, - пока бедное сердце Синявиной изнывало в ожидании и ум изматывался в предсвадебной суете, молодой человек об этой самой суете постоянно фантазировал, доводя себя до страшной истерики, в которой, рыча и игнорируя дурное самочувствие, метался по комнате хотя бы раз в день, наводя ужас на домочадцев; когда гнев отпускал его, в комнату прокрадывалась ласковая кухарка и, пользуясь его исступлением, утешала его и саму себя, собирая разбросанные вещи и наливая ему чай. Кроме этих беспокойств сердечных, мучил Алексея и страх; десятки раз на дню он прокручивал в памяти диалог с жандармом, и все ему казалось, что он скомпрометировал себя, - затем он уверял себя в обратном... Словом, дни это были тяжелые, однако не все мысли Рябинина были бесплодны и складывались из одной только болезненной экспрессивности влюбленного и подозреваемого в государственной измене человека.

В вечер, когда Софья вернулась с первой прогулки с кузинами и каждый в доме, очевидно, готов был свалиться непробудным сном, няня Люба, зашедшая к ней, чтобы помочь подготовиться ко сну, в суете положила на туалетный столик конверт и принялась объяснять, перебивая саму себя:
- На рынке сегодня к Мане девка подошла и спрашивает: "Синявинская ты?" Эта дура так и брякнет с перепугу, не думая: "Угу!" Ну и конверт ей эта девка сует! Не понимаю, чего она все хватает, что в руки ей идет, мало ли дрянь какая, и к вам нести! Будто забот у вас мало и так... Этих-то... Так вот приходит ко мне Маня - ду-ра! - и говорит, мол, что от госпожи Седовой передавали, а я спрашиваю ее, где они тут, слышала она хоть о Седовых когда в Царском-то Селе? Дура эдакая! - сердилась няня. - Вы, Софья Николаевна, с осторожностью... - насупившись, забубнила старуха.
Письмо было такое:

Графиня,

Пишу Вам срочно, и потому прошу простить неаккуратный слог. Если помните, я говорила Вам о своем возлюбленном давеча, и вот теперь решила: тогда, в парке, под сенью цветущих РЯБИН, судьба не зря нас с ним свела. Мне придется нелегко, но Вы правы: НИКТО НЕ ОГРАНИЧИТ МОЮ СВОБОДУ!
Вы спросите, что меня подтолкнуло на такие отчаянные слова. Сегодня я вышла на террасу, чтобы перед сном подышать свежим воздухом; и там, вдали, у единственной крестьянской хаты, не скрываемой деревьями нашего сада, я увидела человека. Сперва испугавшись, я вбежала в дом, но потом - о, Вы мне не поверите! - словно сердце подсказало мне, что это Л. ... Так и оказалось. Мы пробыли вместе несколько часов, и в конце нашего свидания он обещал, что вскоре устроится так, что мы проведем вместе всю жизнь. И я склонна вверить свою судьбу Богу - и ему... Надеясь, что так и сложится.
Софья Николаевна, я безмерно благодарна Вам за то, что Вы помогли мне взглянуть на все с другой стороны. НАДЕЮСЬ НА СКОРЫЙ TET-A-TET.

С любовью,
Р.А.С.

P.S. Мне стоило одеться теплее, выбегая к Л. Заморозила ноги из-за влажной травы и простудилась. Берегите себя!


Дело это было, надо признать, запутанное, но не очень сложное: письмо Рябинин сочинил очень скоро, план передачи его - еще скорее; вот место встречи было найти труднее... Но благодаря теплым отношениям с крестьянскими детьми, для того, чтобы разведать все у поместья Синявиной, потребовалось лишь несколько копеек и сутки. Теперь оставалось лишь надеяться, что описание места встречи в письме достаточно точно; сомневаться в том, что Софье хватит ума разгадать несложный шифр, у молодого человека не было причин. В конце концов, он оставил сотню ключей, включая аббревиатуру.

Сам он с вечера оседлал удрученную лошадиной жизнью Гретту и выбрал окольный путь, которым и добрался до поместья графини. Конечно, сам особняк он видел только метрах в двухстах от себя; сам же он притаился у крестьянской хаты - той самой крайней, которую должно было быть видно с террасы. Оставалось только ждать.
Спешившись с лошади, он курил, облокотившись на стену покосившейся избы и частенько обеспокоенно поглядывая на время. Выглядел, как обычно: собранные на затылке волосы, светлая рубашка, кофейные брюки, в кармане которых притаились часы, легкое черное пальто было накинуто на плечи. На лице больше не читалось усталости. Рябинин задумчиво оглядывал окрестности, позволяя себе в кои-то веки раздумывать лишь о нежном и по возможности в себя мрак; он терпеливо дожидался встречи, намереваясь, кажется, торчать здесь до утра, если придется.
Иногда мысли о скорой свадьбе Сони и Вронского прокрадывались в его размышления, и все тело Алексея пронзало негодованием и болью. Несмотря на рассудительность и флегматичность, он даже себе не мог обещать, что не выкрадет ее сгоряча в один день, бросив все; иногда ему этого хотелось и прежде. Однако он вовремя останавливал себя; ведь кроме Софьи у Алексея, хвала небу, были и другие амбиции, требовавшие усердия и ответственности.
Cranberries 16 октября 2016 г. 16:05:27 постоянная ссылка ]
Софи, устав скорее эмоционально, нежели физически возвратилась с прогулки и едва сбросив башмаки упала на кровать. На трюмо стояла догорающая свечка и ее мерцающий огонек скудно освещал худое лицо графини. Подступающие из квадрата окна тени окружили дрожащее пламя, затанцевали вокруг смыкая кольцо все больше и больше, пока окончательно не потушили огарок свечи. Софи еле слышно втянула носом и села, пытаясь всмотреться во внезапно охвативший ее мрак. В комнате, как и во всем поместье царила полная тишина. Ветки, подгоняемые порывами ветра стучали в окно и этот звук навевал Синявиной старые детские воспоминаниях, когда ей, еще малышке, няня рассказывала страшные сказания о волке-одинце, о влюбившейся в него царевне и страшных временах, когда гром и стужа властвовали на земле.
Софи поежилась и потянулась за теплой шалью, что нянюшка предусмотрительно оставила на ее кровати. Однако, резкий звук отворяемой двери заставил ее отдернуть руку и стремительно вскочить. Появился небольшой свет принесенной Любой свечи и родной голос ворчливо произнес:
- Что это вы, графиня, в темноте то сидите.
Женщина захлопотала, поджигая свечи находящиеся в комнате и в покоях Синявиной наконец то стало светло.


Подождав, пока Люба уйдет к себе, Софи озадаченно поднесла конверт к свету и нетерпеливо развернула его, вынув письмо. От него странно пахло - липой и вареньем, или чем то не менее сладким и подозрения закрались в голову девушки. Пробежав по строкам, Софи не смогла отказать себе в удовольствии прочесть его еще несколько раз и сразу после этого стремительно ринулась к шкафу, выбрасывая оттуда вещи. Благоразумие, правда, заставило ее быть более осмотрительной и она постаралась не издавать более звуком, дабы не привлекать лишнее внимание. Еще не хватало чтобы проснулся батюшка!
Под сенью цветущих рябин... - с задором повторила про себя Софи - Что-то не помнится мне не одной рябины в Екатериниском саду и возле той лавочки и подавно!
Наконец выудив из шкафа единственный на данный момент теплый наряд - костюм, для верховой езды, Софи стала спешно облачатся в него. Это был изумительный костюм, который, увы, одела бы далеко не любая девушка не только из-за его миниатюрного размера, а в первую очередь из-за его непозволительного кроя и обтягивающих плотных штанов, вместо популярной на тот момент широкой юбки. Подбитый мехом комзол выгодно подчеркивал ее талию и спускался до середина бедра, а отороченные белым кружевом рукава и воротник гармонично сочетался со сдержанным серым цветом ткани штанов. В последнюю очередь натянув короткие кожаные сапоги, графиня выпрямилась и, встряхнув волосами, посмотрела на себя в зеркало.
Как бы не сбежал мой загадочный человек у крестьянской хаты, увидев меня в таком виде. - подумалось ей.
Взяв одну свечу в руки и потушив остальные, Софи тихо юркнула в коридор и на цыпочках стала пробираться к двери. Благо, весь дом спал и никто не мог заметить ее небольшого побега. Выпорхнув наконец из своей клетки, Софи поспешила к указанному месту.
Doubt. 16 октября 2016 г. 21:55:41 постоянная ссылка ]

Ждать пришлось не один час, но привыкший к безделью Алексей нисколько этим не гнушался. Старая лошадь, тоже не отчаиваясь, бесшумно рвала чужую траву. "А о чем это я? Как может трава быть чьей-то? И отчего только люди решили, что могут делить природу на куски; и что земля не принадлежит тем, кто живет на ней и за счет нее? Как глупо мир устроен", - каждый раз, если случайно находился повод, Рябинин раздумывал об этом, сердясь. Но теперь мысль эта испарилась мгновенно, и он не стал ее удерживать, так как вовсе никогда помещик не отличался любовью к рефлексии. К тому же - на деле это было главной причиной, - тонкий силуэт скользнул у особняка, и Алексей напряженно вглядывался в него, надеясь понять, возлюбленная ли это или ее прислуга.
Разглядеть фигуру в сумерках было трудно, и лишь целенаправленное движение могло подсказать, что есть среди ночной тишины скрывается еще одна бодрствующая душа. И все еще она была далеко, и Рябинин думал, не собака ли это; и когда эти сомнения были отброшены, родились новые: Соня ли это? и если она, то не будет ли безопаснее прямо сейчас подхватить ее, прежде, чем кто-то ее заметит? или, напротив, это будет рискованнее?
В окнах ее дома уже не горел свет. И когда Синявина прошла уже полпути, молодой человек в нетерпении оседлал Гретту и двинулся в ее направлении, придерживаясь, по возможности, скрытой деревьями стороны. Лететь навстречу было небезопасно: по глупому совпадению, это мог оказаться кто угодно еще. Впрочем, приблизившись, Рябинин сразу опознал девушку. "Кто еще может так нарядиться в Царском Селе", - невольно усмехнулся он, приближаясь и подавая ей руку.
- Скорее, - произнес он без надобности - лаконично, и вовсе не поймешь, как всегда, холодно ли это или тепло.
То ли преступный темп их действий, то ли жгучее чувство ожидания оживило Рябинина; захваченный своими чувствами, он загонял Гретту, прижимаясь молча к Софье и задыхаясь от ее тепла. В конце концов, он подъехал к избе; не той, у которой запланирована была встреча, - эта была значительно дальше. Спешившись, он протянул к барышне руки, желая снять ее с лошади, и на лице его была счастливая, открытая улыбка.
- Здесь никого. Иди ко мне, - проговорил он.
Cranberries 16 октября 2016 г. 22:37:45 постоянная ссылка ]
Вокруг была полная тишина, прерываемая лишь редкими криками птиц и шелестом травы. Софи невольно вздрагивала - в каждом порыве ветерка ей чудилось движение и страх невольно сжимал сердце. Еще никогда она не была так поздно одна вне дома. В голове сразу возникли страшные сказки про леших и людоедов, про злые силы, блуждающие по ночам и даже в теплом костюме ей стало немного зябко. Стараясь не издавать ни звука, она приближалась к единственной подходящей под описание избе. Тени играли с ней злую шутку - в каждом деревце ей чудилась человеческая стать, каждая ветка - протянутой рукою. Правда боятся ей пришлось совсем недолго - послышался тихий стук копыт и тяжелое дыхание лошади, а чуть погодя появился и сам всадник. Графиня с облегчением вздохнула и нервно улыбнулась, подавая руку.
Рябинин легко подхватил ее и Синявина не успела опомнится, как была в седле совсем рядом с причиной своих сердечных страданий. Боясь сказать слово в страхе что кто-то увидит или услышит их, нарушит эти сладкие мгновения, Софи молча спиной прижималась к Алексею и, сама того не замечая, теребила кружевной манжет.
Все казалось таким ненастоящим и неестественным, так сильно отвыкла она от его общества. Дурные мысли стали лезть в голову - уж не попрощаться ли он с ней решил? Не обнаружит ли кто письма, что она так опрометчиво забыла сжечь? Что скажет Вронский, коли узнает о нее ночных путешествиях? А батюшка?
Софи в волнении покусывала губы, гладила теплую шерсть лошади на шее и прислушивалась к равномерному дыханию Алексея.
Как хорошо, что я одела именно костюм для верховой езды. Хороша бы я была в задранном выше колен платье.- подумалось ей.
Глаза полностью привыкли к темноте и Софи увидела избу, к которой и вез ее Рябинин. Обычная, ничем не привлекающая внимания хатка была в окружении берез и ив, у входа стояла немного покосившаяся лавочка, заросшая травой.
С легкостью оперевшись на его руку, Синявина грациозно спешилась и подняла глаза на своего спутника. Его широкая улыбка на миг ошарашила ее, а после она залилась тихим смехом.
- Часто ли вы крадете приличных барышень под покровом ночи, господин похититель? - с озорством в голосе поинтересовалась она.
Впрочем, Софи вовсе не торопилась к нему в объятья. А напротив - хитро улыбаясь, стояла чуть поодаль и оглядывала избу, к которой и привез ее Алексей.
Doubt. 16 октября 2016 г. 23:17:48 постоянная ссылка ]

Рябинин был счастлив. Пока ревность и тревогу выместила удовлетворенная тоска и дурь не лезла в его лохматую голову, он был совершенно открыт.
- Впервые, - отозвался он, уводя лошадь в сторону и привязывая вожжи в потрепанному временем крыльцу. - А вы часто под покровом ночи убегаете из дома в костюме для верховой езды, чтобы встретиться с кавалером?
Гретта, нисколько не интересуясь всеми этими интригами, вернулась к своей скромной трапезе, а Алексей поторопился к Софье и наклонился, чтобы поцеловать любимую ладонь и - позволяя себе лишнее - запястье. Ему играть нравилось не меньше, чем Синявиной, но игры у него были несколько иные. После этой искаженной формальности молодой человек за руку повел ее в избу.
- Идемте, тут потеплее.
Не глядя на девушку - Алексею полюбилось себя дразнить в последний месяц, - он вошел, прикрыл дверь и, устроившись у стола, принялся вываливать на него какие-то предметы из карманов.
- Мне жаль, что наше свидание так отложилось. Надеюсь, я не заставил вас переживать, - вздыхая, бормотал молодой человек, зажигая спичку и поднося ее к свече. Все это он, конечно, взял из дома.
отчего он вдруг перескочил с "ты" на "вы" и потерял свою лучезарную улыбку, он бы и сам не понял, но, слава богу, не задумывался. Дело было, конечно, в волнении. Скудный свет озарил комнату; кроме стола, холодной печи и пары скамеек тут ничего не было; всюду было пыльно: здесь явно не ступала нога человека в последние несколько лет. Рябинин, шевелившийся вдруг, как нормальные люди, а не втрое неторопливее (явно суетился), протер своим платком одну из скамеек и жестом предложил своей леди устроиться. Карие глаза словно бы печально и трогательно темнели на его лице, и он чуть хмурил беспокойно бровь; в его взгляде явно мелькала какая-то помесь просьбы с надеждой. "Что она? Теперь оставить меня решит? Или я дурак круглый?" - гадал он, все не отводя взгляд от ярко-голубых лун. Кажется, тревожил его не только факт ночного свидания. На мгновение Рябинин, которого сейчас видела графиня, мог показаться не только старше, чем раньше, но и в принципе старше своих лет. Однако спустя мгновение он вернул себе свой привычный легкомысленный вид.
- А ты не шутила про верховую езду. Так и про трубку правда? - он усмехнулся в своей манере, и привычное лукавство проявилось на его лице.


Cranberries 17 октября 2016 г. 07:55:16 постоянная ссылка ]
Софи наблюдала за тем, как Рябинин привязывает свою лошадь и не смогла не сравнить его спокойные и размеренные движения с мельтешением рук и ног Вронского, когда ему приходилось выполнять аналогичную задачу. Все таки верховая езда, да и вообще обращение с лошадьми ее жениху давались ох как не легко. С усмешкой Софи вспомнила его неловкие разговоры и пустые фразы и невольно сравнила и себя с гнедой лошадкой, укрощение которой, увы, совсем не по зубам колежсскому ассесору.
- Ах, что вы! Совершенно не часто. В этом месяце впервые - с усмешкой пробормотала она, наблюдая как Алексей склоняется к ее руке - Это так очаровательно, когда твой похититель соблюдает правила приличия.
Сама не осознавая причины своей сегодняшней язвительности, Софи позволила себя увлечь в темную избу. Когда забрезжил свет свечи, девушка наконец смогла подробнее рассмотреть место их секретной встречи. Обычная, ничем не примечательная изба с большой белой печью, широкими лавками и клубами пыли. По углам висела паутина и Софи немного вздрогнула при мысли о ее обитателях.
Графиня замерла сразу у входа и наблюдала за тем, как Рябинин хлопочет в избе, стараясь привести в порядок хотя бы одну лавку. На мгновение ей представилось что это их изба, и что вдвоем они будут наводить здесь порядок, зажигать печку и пить чай за столом. Заведут ленивого рыжего кота, посадят цветы у калитки...
Софи пожурила себя за глупые мысли об их крестьянской и совершено не осуществимой жизни и еле слышно вздохнула. Торопливые движения Алексея явно не способствовали ее самообладанию.
Неужто волнуется? - подумалось Синявиной. - Что то случилось?
- Ну что вы, я нисколько не сомневалась и не переживала. Вы же дали мне слово - нервно улыбнулась она и присела на лавку. Идеально ровная осанка, сложенные на коленях руки - ничто не выдавало ее волнения. Пару минут, казавшихся вечностью, они вглядывались друг другу в глаза, пока молчание не прервал Алексей.
- Правда, выдумки... ты всем слухам обо мне веришь? - поинтересовалась она и протянула руки, увлекая Алексея сесть рядом. Взяв его ладонь в свои миниатюрные руки, она снова заглянула ему в глаза и спросила:
- О чем ты думаешь? Чем вызвано твое волнение?
Doubt. 17 октября 2016 г. 16:53:39 постоянная ссылка ]

Соня стала ласковее, и тревога ненадолго отступила; вскоре она вернется, но пока что Рябинин позволил себе не вспоминать об обстоятельствах. Мягко сжав в пальцах хрупкие ладони, он отвечал с усмешкой:
- Во всех слухах о тебе фигурирует мое имя, так что мне не сложно понять, чему верить, - молодой человек не отводил взгляда. - Но о трубке ты сама упомянула при нашей последней встрече. Надо признать, это было бы правдоподобно, даже если бы я услышал об этом из уст своей кухарки.
Неизменно бесстыдные глаза ощупали каждый контур стройного тела и милого лица; каждый локон и тени от ресниц, движение ее губ - все это жадно и спешно ухватывалось, чтобы навсегда запомнить. Рябинин не смог бы понять, как вышло, что он полюбил эту женщину, но теперь он больше не мог этого отрицать. Может, именно поэтому он до сих пор не мог выдавить из себя своего эгоистичного, пагубного для Сони плана. Десять часов назад это казалось ему элементарной задачей, а теперь он тянул время.
А Софья не собиралась это игнорировать.
- О чем ты думаешь? Чем вызвано твое волнение?
Алексей не сразу ответил и даже отвел взгляд. Он боролся с собой: быть откровенным ему обычно не приходит в голову, но, истерзанный, молодой человек думал, не стоит ли сегодня пойти иным путем. Множество тяжелых картин пронеслось у него в голове, страх и дискомфорт напомнили о себе на пару мгновений. "Но она ни при чем. Ей не стоит об этом думать. Она смелая и она требует свободы, но она все еще графиня, разбалованная девочка, и не знает, сколько эта свобода может стоить", - размышлял он.
- Разные трудности, - ответил он уклончиво своим неменяющимся тоном, качнув неопределенно головой и снова посмотрев девушке в глаза. - Моя леди, например, выходит замуж на очень жалкого человека, - на лице гневно дрогнули скулы, и Рябинин взял небольшую паузу. - И я не уверен, что хочу заставить ее ждать, когда я исправлю это досадное недоразумение.
В выражении его лица появилось что-то настойчивое. Алексей все-таки решил позволить Софье выбирать... Хотя не был готов к тому, что она откажется от авантюры.
- Сейчас я не знаю, что опаснее для тебя, - продолжил он, с особой аккуратностью подбирая слова. - Как бы не повернулось время, революции быть. Оставить тебя с этим ничтожеством - однозначно все одно, что теперь же тебя задушить. Ему не хватит духу и дальновидности даже для того, чтобы уберечь тебя. Он даже во время обморока не знает, куда себя деть, - линия губ искривилась в отвращении, но Рябинин не хотел продолжить мысль.
Он сильно не договаривал и не знал, как обойти.
- Однако тебе не стоит сейчас плыть против течения, Соня. Поэтому я непременно обращусь с просьбой к Анатолю. И я бы хотел, чтобы ты ... мхм.
Он утих, вновь принялся разглядывать руки графини и насупился, явно сомневаясь.

Cranberries 17 октября 2016 г. 17:12:47 постоянная ссылка ]
Софи что-то тихо проворчала про себя и подняла обиженные глаза на Алексея.
- Это еще почему? По-моему трубка ну никак не вписывается в образ настоящей леди, господин Рябинин - вспылила она - А если верить слухам, то вы - всем сердцем влюблены в некую Облонскую, а за мной приударяете лишь ради громкого имени и титула!
Софи порывисто встала и подошла к окну. Было заметно, что эта тема зацепила ее ранимое самообладание. Нервы начинали сдавать, вся ситуация казалась ей такой глупой и неестественной. О, как не похожи они были на влюбленных из тех романов, которые она читала по ночам! Не было той порывистой страсти в их редких свиданиях, не было той близости.. Каждый замыкался на своих мыслях, на своих переживаниях и радостная встреча за долгое долгое время грозила окончится непониманием.
Софи и сама не знала, почему злится на Алексея. То ли из за скудности проявляемых им эмоций, то ли винила его в своем собственном глупом поведении.
Ветер за окном шумел листвой, гнул тугие стволы деревьев и Софи невольно порадовалась что находится внутри.
Затопить бы печь - зябко поежившись, подумалось Синявиной. Однако слова Алексея отвлекли ее от лицезрения погоды за окном и мыслей о холоде.
- Во-первых, - мягко начала графиня - Он не жалкий человек. Да, я не люблю его. И сомневаюсь, что он любит меня. Но он не жалкий. И в случае революции я сама смогу постоять за себя. О, умоляю, не говори обо мне как о кукле, которую надо оберегать и прятать. Я всю жизнь борюсь с этим!
Его неуверенный тон заставлял ее нервничать. Он явно ей что-то недоговаривал и Софи чувствовала себя ребенком, которому не хотят говорить неприятную правду. Вот только кому он больше помогал этим - ей или себе?
Софи прислонилось спиной к косяку двери и затихла на пару минут, погруженная в размышления. Прикусив губу и сложив руки на груди она снова посмотрела на Рябинина.
Его мягкие и такие любимые черты лица были напряжены, глаза выглядели обеспокоенными и губы поджаты.
- Если ты думаешь, что у тебя получится решить все за меня - ты невероятно наивен. Что ты хочешь от Анатоля? - прищурившись произнесла Софи.
Doubt. 17 октября 2016 г. 18:21:06 постоянная ссылка ]

- А если верить слухам, то вы - всем сердцем влюблены в некую Облонскую, а за мной приударяете лишь ради громкого имени и титула!
- Это ерунда! - почти воскликнул он, удивившись и обеспокоившись ее внезапной, порывистой обиде. Но затем только тяжело вздохнул, погружаясь снова внутрь себя. Нужно было понять, что стоит вытащить оттуда. А в имя Облонской он даже не вдумался; оно сейчас несколько его не зацепило.

И хотя он смог что-то вытащить, Софья явно была не удовлетворена; более того, его чуть нервное состояние передалось ей в десять крат более сильным, и Алексею стало труднее, глядя на нее и опасаясь ее злости, оставаться рассудительным и высказать важное. К тому же... "И почему только она его защищает?" - ревность закипала в нем, грозя вылиться в страшный скандал и разрушительный гнев. А Рябинин не хотел ссор. Щеки и шею сводило и жгло от злости, и он совсем замялся и не торопился продолжать.
- Я попрошу его тебя защитить, если придется. Впрочем, он бы и так защитил, - Алексей снова вздохнул, проводя пальцами обеих рук от лба к макушке - жест, который он машинально совершал, пытаясь успокоиться, - и вздохнул снова. Он не мог найти нужных слов. От Синявиной действительно глупо было ждать овечьего смирения, и дурить ее было без толку. А Рябинина воспитывали в духе того, что женщина не должна тяготиться грузом мужской ответственности и, тем более, влезать в кровавые истории. И хотя за последние годы ему все чаще приходилось смиряться с инициативностью эмансипированных леди, что в голову с детства вбито - что на камне высечено.
В конце концов, спустя секунд пять он поднялся и решительным, слишком скорым для себя шагом подошел к возлюбленной и, обхватив несильно, но уверенно ее тонкие плечи руками, потребовал ее взгляда.
- Соня... Я не говорю о тебе, как о кукле, я не считаю тебя слабой. Ты сильная женщина. Женщина, понимаешь? Даже Анатоль или Каренин, которые отслужили свое, не смогут выстоять против разъяренной толпы с оружием. Им будет все равно, с ними ли ты или против них, ты не сможешь крикнуть им в лицо: "Я свободный человек, я могу решать!" Это не убережет тебя. Они будут видеть в тебе аристократку, врага. Я хочу решить не за тебя, я хочу решить так, чтобы ты осталась в целости и сохранности. Поэтому доверься и ты мне. Не потому, что я мужчина. Не потому, что ты глупа или несамостоятельна. Только потому, что я люблю тебя и боюсь тебя потерять. И я ищу лучшие из безопасных троп, - переживание, скользнувшее по его лицу - прежде неумолимо спокойному, - было горячим и так акцентировалось на Синявиной, что Алексей, привыкший запоминать и осторожничать с каждым своим словом за эти несколько лет, даже не замечал, что говорил, и не обратил внимание, что впервые открыто назвал свои чувства к этой взбалмошной барышне.
Уткнувшись носом в ее щеку, он болезненно поморщился от мысли о худших перспективах и проговорил уже совсем негромко:
- Ты яд, ты биологическое оружие, ты король на шахматной доске, но не пушка, не копье, не пороховая бочка. Разве могу я доверить тебя человеку, который во время духоты ничего не смог сделать для тебя? Просто стоял, как круглый дурак... Человеку, который испугался меня, словно зверя, когда я поддался на его провокацию, - только языком молоть горазд! И после того, как по наивности графиня Щербацкая высказалась о нас, как о любовниках, он также из страха передо мной и своей так называемой "неконфликтости" не стал требовать объяснения от меня, как сделал бы любой на его месте. Сделал вид, что пропустил мимо ушей... Пусть ты считаешь его порядочным человеком, но его просто забьют, как домашнюю скотину, он даже не решится убежать. Я видел таких. Я знаю, о чем говорю, - несколько расплывчато пояснял Алексей, уже крепко обнимая графиню. И хотя голос его оставался холодным, он временами вздрагивал от волнения, жарко целуя ее голову, и его странная болтливость была здесь мольбой. Расчувствовавшись, Алексей совсем умолк, без толку осеняя поцелуями все, до чего мог достать, и, кажется, уже просто хотел излить накопившуюся нежность, осознав, что не сможет выдумать никаких речей и манипуляций лучше, чтобы убедить Синявину.

Cranberries 17 октября 2016 г. 19:24:26 постоянная ссылка ]
Софи с легким испугом наблюдала за окаменевшим лицом Рябинина, вжимаясь в стену, будто бы хотела растворится в ней. Женское, незыблемое подсказывало ей что совершенно зря она начала защищать своего жениха и его имя из ее уст обожгло Алексея как огнем. Ей захотелось приблизится, обнять его, попросить прощения за грубость, за страх, что она испытывала, но графиня не смогла сдвинутся и с места, пригвожденная тем жаром, той волной эмоций что исходила от обычно апатичного Алексея. Его вымученная фраза, отчаянный жест - у Софи перехватило дыхание, когда он подошел к ней, обхватил своими теплыми руками ее плечи. Подняв свои голубые глаза на него, Синявина отчаянно покраснела от столь неожиданной близости. Как успела отвыкнуть она от его прикосновений, от его дурманящего запаха, от выбившихся из хвоста волос, что касаются ее щеки.
- Леша.. - неуверенно начала она, но быстрая речь Рябинина, будто откровение, прервало ее. - Послушай меня, послушай.
Соня порывисто поднялась на носочки, чтобы хоть немного приблизиться, обхватила его лицо жаркими ладонями и почти с отчаяньем заглянула ему в глаза.
- Я знаю, что готовится нечто гораздо более масштабное, чем я могла себе представить. Чем кто-угодно в этом чертовом селе мог себе представить! Но пойми, каждый из нас подозревается именно в соучастии того, о чем ты так боишься. Я не боюсь разъяренных крестьян, штурмующих мое поместье. Я боюсь жандармов, ищущих виновных. Тот пожар.. нас не просто так сюда согнали, будто стадо овец - пылко говорила она - Позиция того же Анатоля будет наиболее губительной, если ситуация развернется именно в этом ключе.
Она замолкла, стараясь привести свои разбушевавшиеся эмоции в порядок. Соня прекрасно представляла себе как нелепо она сейчас выглядит - широко открытые блестящие глаза, ярко-красный румянец на щеках, покусанные губы, хаотичные жестикуляции..
Рябинин уткнулся ей в щеку, заставляя смутится еще больше и горячо заговорил. Волосы зашевелились на голове у Синявиной. Ей вдруг стало ясно как день то, что не давало ей покоя уже многие месяцы. Он любит ее. Сильный мужчина, сжимающий ее в обьятьях, бормочущий ей в волосы, изливающий свою душу. Он любит ее! Любит! Боится за нее, боится потерять ее, боится остаться с ней. Софи забыла как дышать, осыпаемая его поцелуями, совсем опешившая от смущения. Робко пытаясь отвечать, Софи сильнее прижалась к Рябинину, уткнулась лицом ему в грудь.
Заслышав о совсем не лестных высказывания в сторону Вронского, Соня прыснула в кулачок от смеха.
- Знаешь ли, тебя тяжело не испугаться, мой звереныш - совсем уж ласково произнесла девушка, запуская руку ему в волосы - С его жесткой бюрократической выучкой и привычкой скрывать мысли ему просто не понять было твоей прямолинейной самоуверенности..
Только не отпускай меня.
- Хорошо. - пробормотала она - Что мне делать? Что ты придумал?
К черту. Пошло оно все к черту. Мне наплевать на все, что может произойти завтра. - проносилось у нее в голове.
Doubt. 17 октября 2016 г. 21:21:07 постоянная ссылка ]


"Надо, надо будет ей сказать, что жандармы не имеют отношения к пожару... Потом..." – неслось в голове ненавязчиво, но теперь, когда она так близко, попытка вернуть ум к делу была провальна, словно слабый сквозняк летом, когда пекло и в доме, и снаружи, и не различить, где хуже.
Синявина верила. Она верила и пряталась в его алчных объятиях, не имея понятия, как трудно ему сейчас будут даваться подробные инструкции, как жаден он был сейчас до ее существа и как счастлив; впрочем, он не мог быть уверен, что она не чувствует того же, прижимаясь к нему и отвечая на его нежность. А Алексей действительно напоминал кошачьих; обычно кот-лежебока всегда отчужден, но если соскучится, то от его ласки так просто не отвяжешься... К тому же, теперь, успокоенный, он почти даже вернулся в свое нормальное, насмешливо-дружелюб­ное и дерзкое состояние. Да и Софья снова расслабилась и поддалась этому течению. Теперь ее отзывом о Вронском он был куда более удовлетворен. Поддаваясь расщедрившейся на любовь руке и, кажется, невольно прощаясь снова с лентой для волос, которой судьбой было уготовано остаться в забвении на этом пыльном полу, он был готов перевести ненадолго тему: так было хорошо.
– С его жесткой бюрократической выучкой и привычкой скрывать мысли ему просто не понять было твоей прямолинейной самоуверенности...
– Я не слишком уверен в себе и отнюдь не прямолинеен, тебе показалось, – вполне честно, но без малейшего признака удивления проговорил Алексей, радуясь возможности обсудить что-нибудь не столь тяжеловесное, как революция и женитьба. Черта-с-два!
– Что мне делать? Что ты придумал?
Бороться до конца! Каждому за свое...
– А ты поцелуешь меня снова? Тогда расскажу, – по-своему игриво мурчал он, довольно ухмыляясь. Коснувшись кончика ее носа своим, он чуть отдалился, чтобы сопроводить свое предложение бартера настойчивым аргументом в виде медового взгляда и понаблюдать за ее смущением. Рябинин опасался вместо того рассердить ее снова, но, пожалуй, он снова тянул. К тому же, в нем все еще незаконно проживал влюбленный подросток, вожделеющий свою принцессу и счастья, разделенного и приумноженного с ней. Алексей знал, что ответ на вопрос возлюбленной будет таким мрачным, что есть риск не вернуться к этому эпизоду страсти сегодня, а то и вовсе никогда; это было прекрасной причиной поддаться легкомысленной волне хотя бы ненадолго. Не говоря уже об очевидных причинах.

Cranberries 17 октября 2016 г. 22:16:17 постоянная ссылка ]
Соня с усмешкой на устах наблюдала за кошачьими повадками Рябинина, который, казалось бы, стал приходить в свою норму. Взгляд безупречно ленивых карих глаз блуждал по ее лицу, руки притягивали ее талию. Легким движением руки Синявина стянула знакомую ленту с волос Алексея и с наглой усмешкой повязала ее себе на руку.
- Вы, если я не ошибаюсь, обещали мне ее вернуть? - произнесла она, а после вздохнула и уже тише добавила - Когда все станет на свои места.
Софи на миг погрустнела и бросила взгляд за темный квадрат окна - не видно ли факелов? Не ищут ли пропавшую графиню? Однако пейзаж оставался прежним и это не могло не радовать истерзанную тревогами Синявину.
- Мой поцелуй настолько мало стоит? - с иронией поинтересовалась она, изо всех сил преодолевая смущение. Во-второй раз она не хотела делать ему такой подарок! Однако, заглянув поглубже в его глаза, она вновь стала на цыпочки и коснулась губами его щеки.
- Ночь не бесконечна, мой друг. И я вижу что ВЫ тянете время. - со вздохом, произнесла девушка - Не стоит меня жалеть. Вы бы не пришли, если бы не было плана.
Софи упрямо вывернулась из его объятий. Как бы ей не хотелось подольше потешится негой и их уединением, она боялась что они банально не успеют обсудить гораздо более важные планы. Да и жесткая выучка графской дочки просто не позволяла ей незамужней и еще невинной находится с мужчиной в такой близости. Да еще и целовать его, когда ему вздумается! И пусть графской дочке так же не было позволено заводить романы на стороне, когда ее сосватали за другого, смущение все равно не могло отпустить ее и чувство чего-то непозволительного преследовало ее.
- Леш?
Doubt. 18 октября 2016 г. 02:40:07 постоянная ссылка ]

Поцелуя не случилось. "Не так проста. Это тебе не кухарка", - на всякий случай напомнил себе Рябинин, в целом, готовый к такому повороту событий (хоть и пребывающий в состоянии одурманивающей эйфории). Но он снова несколько повременил делиться своими мыслями. Только не из вредности, а потому, что глядя на то, как Софья пытается сохранить целомудренный вид, половину своего плана он смело вычеркнул, а над другой половиной пока мучительно раздумывал. "Может, и мучить её не стоит? Может, достаточно быть начеку и выручить её, когда придется?" - думал он, уткнувшись взглядом в окошко.
- Да, вы правы, наше свидание не бесконечно, - он покорно принял дистанцию, предполагая, что графиню мучает их недавняя непозволительная близость, хотя и не понимал, ввиду чего меняются правила этой игры. - План довольно простой. План выживания, я имею в виду, - уточнил он с каменным лицом, чуть отвернувшись. - Дадите ли вы согласие перед алтарем или нет, вы всегда должны быть готовы бежать. В любую минуту. Если начнется переполох, я обеспечу вам побег из страны. Если предпочтете остаться в коммунистическом обществе, решу и это. Однако, как я отмечал прежде, вашему жениху я не доверяю и предпочту, чтобы вы верили мне больше, чем его недальновидности.
Он сделал паузу, вновь поворачиваясь, и карие огоньки впились в Синявину с удушающей ревностью, которую Алексей так усердно пытался скрыть. Кажется, он сердился. Сердился ли? Говорил он действительно странно и был совершенно на себя не похож, однако эта манера разговора - грубоватая, упрощенная, деловая - явно использовалась им не впервые: уж слишком он выглядел естественно.
- Если же вы желаете как-то продолжить наши отношения в прежнем ключе, то путей решения, которые не противоречили бы закону и морали, не много. Революции вам придется ждать, как верующие ждут Второго Пришествия Христа, - явно было что-то неправильное в этом богохульстве, - потому что в ином случае ваш батюшка не даст согласия на наш брак. Мы могли бы бежать заграницу, но, боюсь, для меня это невозможно. Так что, если отбросить все незаконное, остается только аморальное. Думаю, вы меня понимаете, и я боюсь вас оскорбить, так что этот вариант не прозвучит.
На мгновение Рябинин утих снова; взгляд его уже успокоился, сам он побледнел.
- Поэтому я хотел бы знать, не хотите ли вы оставить всё это позади. Я знаю, что гордость не позволит вам признать, что вы не вольны... выражать какие-либо нежные чувства к кому бы то ни было, - молодой человек неаккуратно обошел момент, в котором не был уверен. - И всё же, она же не позволит вам изменять супругу, я полагаю. Вам стоит подумать о себе. И да... Да, я спасу вас, что бы вы ни выбрали. Но я хотел бы знать, как мне вести себя с вами, чтобы не произошло недоразумения.
Синявина же не думала, что вопросы сегодня задавать будет только она?
Из-за этих нарочито вежливых обращений флегматичный помещик претерпевал страшные эмоциональные встряски: эйфория приказала долго жить, а дисфория была тут как тут. Огорченный и прибитый собственными страхами (отбиваться от них было уже решительно невозможно), Алексей не изменился в лице. Только отвел взгляд на свечу, которую небрежно и от тоски крутил в пальцах. Воск капал на деревянный стол, как капали не так давно слезы на рабочий стол изнуренного натянутой обстановкой Рябинина. Он терпеливо ждал, и ни одной связной мысли не было в его голове.

Cranberries 19 октября 2016 г. 19:37:32 постоянная ссылка ]
Софи иронично изогнула бровь, вслушиваясь в слова Рябинина, которые, как ей казалось, с огромным трудом вылетают у него изо рта. Все внутри нее переворачивалось, горело и пенилось. Мысли роем пчел вились у нее в голове, жалили в самые больные места и не было спасения от этих страшных дум. Мало-помалу Синявина начала понимать что ей говорил Алексей и это ей совершенно не нравилось.
На мгновение она опустила голову, пряча глаза. Легким движением руки заправила немного вьющийся локон за ухо. На ее лице не отражалось ровно никаких эмоций. Этой прекрасной, и, невероятно полезной привычке она научилась сразу после смерти матери. Всегда одно и тоже холодно-флегматично­е выражение лица спасало ее в разных ситуациях - во время истеричных метаний отца, насмешливых фраз других девиц или язвительных комментариев кавалеров, которые не считали ее красавицей. Колючий взгляд и изогнутая бровь. В данный момент лишь нездоровый румянец горевший на щеках выдавал ее состояние.
- Все это так забавно... Вы думали, что знаете меня лучше чем кто-либо. Но до сих пор не поняли, Алексей Степанович, что мне не нужен спаситель - произнесла графиня, и чуть склонила голову вбок - Вы не понимаете, что если я выйду замуж за Алексендра едва ли вы сможете приблизится ко мне. В особенности, если революция действительно грянет. Даже более, грянет она у порога Вронских. Колежский ассесор...
Софи захотелось закурить и ей уже было абсолютно все равно что подумает о ней Алексей. Рукой она даже нащупала мундштук, который машинально положила в карманчик комзола.
- Спасение, спасение, спасение. Это конечно приятно, что кто-то беспокоится о твоей жизни. Но я не вещь, которую нужно прятать, спасать, красть. Как бы тривиально и ожидаемо это не звучало из уст "избалованной графской дочки". - Софи еле слышно хмыкнула, вывернулась из объятий Рябинина и скользнула на лавку, переплетая ноги и выставляя их вперед. Ее плечи начали дрожать, Софи достала мундштук - несколько аккуратных движение, звук зажигаемой спички и девушка с наслаждением втянула дым, помогающий ей успокоится. Не самое приличное занятие для молодой леди, но врачи утверждают что невероятно полезная вещь для приведения в порядок нервной системы.
- Хочу ли я оставить все это позади? Вы себе не представляете как сильно - с напором произнесла Софи, смотря куда то в сторону - Как бы я хотела никогда не знать вас, не знать этих мук, этих чувств. Насколько все было бы легче. Вы не предлагаете мне ничего. Лишь говорите, что спасете мою жалкую шкуру, когда это понадобится. Изменять супругу? Я уже изменяю ему. Прямо здесь и сейчас и так лицемерно с вашей стороны предоставлять мне выбор - делать или не делать этого.
Софи тряхнула волосами, будто бы отгоняя от себя дурные мысли. Хороши они были сейчас. На любовное свидание это походило очень мало. И как бы не было ей больно, она понимала, что по сути и сама не может ничего предложить. Как бы то ни было, им придется расстаться.
- О каком недоразумении идет речь? Что аморальное вы мне предлагаете? Я все меньше понимаю вас, Алексей Степанович, и все туманнее вижу ваши мотивы.
Doubt. 19 октября 2016 г. 21:23:53 постоянная ссылка ]

Когда Софья заговорила, свеча зависла в руке молодого человека, и он следил за каждым ее движением, не изменяя каменному лицу и не смея ее перебить. На его месте многие взвыли бы, но только поскребывание кошек на душе доносилось до закоулков его черепной коробки как отзыв на каждое слово графини. Еще минуту назад она соглашалась с ним и принимала его заботу, а теперь вновь заявляла, что она сама себе рыцарь и Иисус Христос. Еще минуту назад она могла наслаждаться его нежностью, но теперь говорила, что предпочла бы все это забыть или вовсе не знать. Это задело его за живое не меньше, чем ее рассуждения о том, что ей не нужен спасательный круг на случай крушения. Да о чём мы? Весь этот монолог был возмутителен с самого начала: разве думал он, что знает ее лучше остальных? Никогда: Алексей считал возлюбленную сущей загадкой. Свечка мягко стукнулась о поверхность стола, поставленная, как прежде, но звук этот так напомнил грохот мотолочка в суде, что молодой человек ощутил прошедший от затылка по спине холодок.
– Это лицемерно ровно в той степени, в коей вы утверждаете, что не желаете меня любить. Вы просили у судьбы настоящей любви, и не смейте возражать: это будет вопиющей ложью, – неожиданно жесткими для себя выражениями заговорил Рябинин, более не умея сдерживаться. Слишком больно ему было от ее слов, чтобы не ответить: несмотря на страдания, которые он с перенес вместе с этими чувствами, он никогда не стал бы роптать на них. – Или вы действительно слабее, чем думаете о себе. Я вытащил вас из толпы в горящем театре. Вас просто затоптали бы в ином случае. Так с чего же вы взяли, что спасетесь во время восстания, когда та же толпа вооружится и захочет вашей смерти? Вы, может, держали оружие в руках, но это не делает вас сильной. Как и моё желание вас уберечь не делает вас вещью. И вы отнюдь не так свободны, раз не сможете найти обходные пути, чтобы допустить меня к себе, будучи даже и замужем. Да сможете! Но вам это не нужно. Или нужно? Тогда, в конце концов, любая блядь в России свободнее вашего, а ваша свобода – свобода женского слова, которое в патриархальном обществе даже не будет услышано. Разве только мной. Потому что я полагался на каждое ваше слово, – он сильно горячился, но не помнил себя: в последний раз откровенен, прямолинеен и честен он был явно не в этом году. Пощечина сейчас не смогла бы усугубить его мучений, потому что хуже было некуда. Все время, пока он говорил, он смотрел ей в лицо – дурацкая, дикарская и вызывающая манера. И он видел, как ей дурно, и пощечина не могла быть хуже, чем атмосфера, переполненная невырвавшимися рыданиями их обоих. – Что, уважает ваше мнение Вронский? Воспринимает его всерьез? Или вам так удобно думать, как вам удобно и прикрываться сейчас тем, что он нас разделит, хотя не так давно вы клялись мне, что вам решать? – он отошел, также доставая из пальто портсигар и доставая оттуда самокрутку. – Да этот несчастный баран знает все, Софья. Он не дурак, но трус. Даже если ты крикнешь ему в лицо, что не верна, он это проглотит. И этот человек будет создавать мне препятствия? – он ядовито усмехнулся, закуривая. – Нет. Вы будете создавать их. Потому что вам жаль этого амбарного мыша больше, чем меня! Дьявол! – сжав зубы он от души пнул свободную скамейку. С нее облаком слетела пыль, и больше ничего не произошло: крестьяне делают куда более простые и практичные вещи. Рябинин же издал негромкий звук, отдаленно напоминающий и вздох и стон.<