Rebel.

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
LTalk
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Займи своё имя.ltalk.ru, пока оно свободно

Rebel. > Поместье Синявиных.  14 октября 2016 г. 21:32:56



Запись модерирует её автор — Doubt..
Комментировать могут только участники сообщества.

Поместье Синявиных.

Doubt. 14 октября 2016 г. 21:32:56




УТ ВОТ МОЖНО В КРАТЦЕ ОПИСАТЬ, ДА-А-А-А...]

­­






Категории: Локации, Синявина
Обратите внимание на:
Интересно каким одним словом можно меня описать 9 июня 2008 г. Masyu
Пиффь описалась в зивотики :^) 18 октября 2015 г. Пиффь в зивотике
поместье Транси 7 марта 2011 г. mr. HASTLER S.A в сообществе Kuroshitsuji
Doubt. 15 октября 2016 г. 03:32:53 постоянная ссылка ]
Несмотря на славную погоду, почти сразу после скачек Рябинин захворал, и потому долгое время не хотел исполнить своего обещания возлюбленной, как и лично справиться о здоровье Анатоля, как и подготовится к приему гостей в будущем месяце (и вы спросите, зачем бы ему за месяц готовится к прибытию кузины и ее суженого, но об этом в другой раз). Дней всего около двух - но длинных, - пока бедное сердце Синявиной изнывало в ожидании и ум изматывался в предсвадебной суете, молодой человек об этой самой суете постоянно фантазировал, доводя себя до страшной истерики, в которой, рыча и игнорируя дурное самочувствие, метался по комнате хотя бы раз в день, наводя ужас на домочадцев; когда гнев отпускал его, в комнату прокрадывалась ласковая кухарка и, пользуясь его исступлением, утешала его и саму себя, собирая разбросанные вещи и наливая ему чай. Кроме этих беспокойств сердечных, мучил Алексея и страх; десятки раз на дню он прокручивал в памяти диалог с жандармом, и все ему казалось, что он скомпрометировал себя, - затем он уверял себя в обратном... Словом, дни это были тяжелые, однако не все мысли Рябинина были бесплодны и складывались из одной только болезненной экспрессивности влюбленного и подозреваемого в государственной измене человека.

В вечер, когда Софья вернулась с первой прогулки с кузинами и каждый в доме, очевидно, готов был свалиться непробудным сном, няня Люба, зашедшая к ней, чтобы помочь подготовиться ко сну, в суете положила на туалетный столик конверт и принялась объяснять, перебивая саму себя:
- На рынке сегодня к Мане девка подошла и спрашивает: "Синявинская ты?" Эта дура так и брякнет с перепугу, не думая: "Угу!" Ну и конверт ей эта девка сует! Не понимаю, чего она все хватает, что в руки ей идет, мало ли дрянь какая, и к вам нести! Будто забот у вас мало и так... Этих-то... Так вот приходит ко мне Маня - ду-ра! - и говорит, мол, что от госпожи Седовой передавали, а я спрашиваю ее, где они тут, слышала она хоть о Седовых когда в Царском-то Селе? Дура эдакая! - сердилась няня. - Вы, Софья Николаевна, с осторожностью... - насупившись, забубнила старуха.
Письмо было такое:

Графиня,

Пишу Вам срочно, и потому прошу простить неаккуратный слог. Если помните, я говорила Вам о своем возлюбленном давеча, и вот теперь решила: тогда, в парке, под сенью цветущих РЯБИН, судьба не зря нас с ним свела. Мне придется нелегко, но Вы правы: НИКТО НЕ ОГРАНИЧИТ МОЮ СВОБОДУ!
Вы спросите, что меня подтолкнуло на такие отчаянные слова. Сегодня я вышла на террасу, чтобы перед сном подышать свежим воздухом; и там, вдали, у единственной крестьянской хаты, не скрываемой деревьями нашего сада, я увидела человека. Сперва испугавшись, я вбежала в дом, но потом - о, Вы мне не поверите! - словно сердце подсказало мне, что это Л. ... Так и оказалось. Мы пробыли вместе несколько часов, и в конце нашего свидания он обещал, что вскоре устроится так, что мы проведем вместе всю жизнь. И я склонна вверить свою судьбу Богу - и ему... Надеясь, что так и сложится.
Софья Николаевна, я безмерно благодарна Вам за то, что Вы помогли мне взглянуть на все с другой стороны. НАДЕЮСЬ НА СКОРЫЙ TET-A-TET.

С любовью,
Р.А.С.

P.S. Мне стоило одеться теплее, выбегая к Л. Заморозила ноги из-за влажной травы и простудилась. Берегите себя!


Дело это было, надо признать, запутанное, но не очень сложное: письмо Рябинин сочинил очень скоро, план передачи его - еще скорее; вот место встречи было найти труднее... Но благодаря теплым отношениям с крестьянскими детьми, для того, чтобы разведать все у поместья Синявиной, потребовалось лишь несколько копеек и сутки. Теперь оставалось лишь надеяться, что описание места встречи в письме достаточно точно; сомневаться в том, что Софье хватит ума разгадать несложный шифр, у молодого человека не было причин. В конце концов, он оставил сотню ключей, включая аббревиатуру.

Сам он с вечера оседлал удрученную лошадиной жизнью Гретту и выбрал окольный путь, которым и добрался до поместья графини. Конечно, сам особняк он видел только метрах в двухстах от себя; сам же он притаился у крестьянской хаты - той самой крайней, которую должно было быть видно с террасы. Оставалось только ждать.
Спешившись с лошади, он курил, облокотившись на стену покосившейся избы и частенько обеспокоенно поглядывая на время. Выглядел, как обычно: собранные на затылке волосы, светлая рубашка, кофейные брюки, в кармане которых притаились часы, легкое черное пальто было накинуто на плечи. На лице больше не читалось усталости. Рябинин задумчиво оглядывал окрестности, позволяя себе в кои-то веки раздумывать лишь о нежном и по возможности в себя мрак; он терпеливо дожидался встречи, намереваясь, кажется, торчать здесь до утра, если придется.
Иногда мысли о скорой свадьбе Сони и Вронского прокрадывались в его размышления, и все тело Алексея пронзало негодованием и болью. Несмотря на рассудительность и флегматичность, он даже себе не мог обещать, что не выкрадет ее сгоряча в один день, бросив все; иногда ему этого хотелось и прежде. Однако он вовремя останавливал себя; ведь кроме Софьи у Алексея, хвала небу, были и другие амбиции, требовавшие усердия и ответственности.
Cranberries 16 октября 2016 г. 16:05:27 постоянная ссылка ]
Софи, устав скорее эмоционально, нежели физически возвратилась с прогулки и едва сбросив башмаки упала на кровать. На трюмо стояла догорающая свечка и ее мерцающий огонек скудно освещал худое лицо графини. Подступающие из квадрата окна тени окружили дрожащее пламя, затанцевали вокруг смыкая кольцо все больше и больше, пока окончательно не потушили огарок свечи. Софи еле слышно втянула носом и села, пытаясь всмотреться во внезапно охвативший ее мрак. В комнате, как и во всем поместье царила полная тишина. Ветки, подгоняемые порывами ветра стучали в окно и этот звук навевал Синявиной старые детские воспоминаниях, когда ей, еще малышке, няня рассказывала страшные сказания о волке-одинце, о влюбившейся в него царевне и страшных временах, когда гром и стужа властвовали на земле.
Софи поежилась и потянулась за теплой шалью, что нянюшка предусмотрительно оставила на ее кровати. Однако, резкий звук отворяемой двери заставил ее отдернуть руку и стремительно вскочить. Появился небольшой свет принесенной Любой свечи и родной голос ворчливо произнес:
- Что это вы, графиня, в темноте то сидите.
Женщина захлопотала, поджигая свечи находящиеся в комнате и в покоях Синявиной наконец то стало светло.


Подождав, пока Люба уйдет к себе, Софи озадаченно поднесла конверт к свету и нетерпеливо развернула его, вынув письмо. От него странно пахло - липой и вареньем, или чем то не менее сладким и подозрения закрались в голову девушки. Пробежав по строкам, Софи не смогла отказать себе в удовольствии прочесть его еще несколько раз и сразу после этого стремительно ринулась к шкафу, выбрасывая оттуда вещи. Благоразумие, правда, заставило ее быть более осмотрительной и она постаралась не издавать более звуком, дабы не привлекать лишнее внимание. Еще не хватало чтобы проснулся батюшка!
Под сенью цветущих рябин... - с задором повторила про себя Софи - Что-то не помнится мне не одной рябины в Екатериниском саду и возле той лавочки и подавно!
Наконец выудив из шкафа единственный на данный момент теплый наряд - костюм, для верховой езды, Софи стала спешно облачатся в него. Это был изумительный костюм, который, увы, одела бы далеко не любая девушка не только из-за его миниатюрного размера, а в первую очередь из-за его непозволительного кроя и обтягивающих плотных штанов, вместо популярной на тот момент широкой юбки. Подбитый мехом комзол выгодно подчеркивал ее талию и спускался до середина бедра, а отороченные белым кружевом рукава и воротник гармонично сочетался со сдержанным серым цветом ткани штанов. В последнюю очередь натянув короткие кожаные сапоги, графиня выпрямилась и, встряхнув волосами, посмотрела на себя в зеркало.
Как бы не сбежал мой загадочный человек у крестьянской хаты, увидев меня в таком виде. - подумалось ей.
Взяв одну свечу в руки и потушив остальные, Софи тихо юркнула в коридор и на цыпочках стала пробираться к двери. Благо, весь дом спал и никто не мог заметить ее небольшого побега. Выпорхнув наконец из своей клетки, Софи поспешила к указанному месту.
Doubt. 16 октября 2016 г. 21:55:41 постоянная ссылка ]

Ждать пришлось не один час, но привыкший к безделью Алексей нисколько этим не гнушался. Старая лошадь, тоже не отчаиваясь, бесшумно рвала чужую траву. "А о чем это я? Как может трава быть чьей-то? И отчего только люди решили, что могут делить природу на куски; и что земля не принадлежит тем, кто живет на ней и за счет нее? Как глупо мир устроен", - каждый раз, если случайно находился повод, Рябинин раздумывал об этом, сердясь. Но теперь мысль эта испарилась мгновенно, и он не стал ее удерживать, так как вовсе никогда помещик не отличался любовью к рефлексии. К тому же - на деле это было главной причиной, - тонкий силуэт скользнул у особняка, и Алексей напряженно вглядывался в него, надеясь понять, возлюбленная ли это или ее прислуга.
Разглядеть фигуру в сумерках было трудно, и лишь целенаправленное движение могло подсказать, что есть среди ночной тишины скрывается еще одна бодрствующая душа. И все еще она была далеко, и Рябинин думал, не собака ли это; и когда эти сомнения были отброшены, родились новые: Соня ли это? и если она, то не будет ли безопаснее прямо сейчас подхватить ее, прежде, чем кто-то ее заметит? или, напротив, это будет рискованнее?
В окнах ее дома уже не горел свет. И когда Синявина прошла уже полпути, молодой человек в нетерпении оседлал Гретту и двинулся в ее направлении, придерживаясь, по возможности, скрытой деревьями стороны. Лететь навстречу было небезопасно: по глупому совпадению, это мог оказаться кто угодно еще. Впрочем, приблизившись, Рябинин сразу опознал девушку. "Кто еще может так нарядиться в Царском Селе", - невольно усмехнулся он, приближаясь и подавая ей руку.
- Скорее, - произнес он без надобности - лаконично, и вовсе не поймешь, как всегда, холодно ли это или тепло.
То ли преступный темп их действий, то ли жгучее чувство ожидания оживило Рябинина; захваченный своими чувствами, он загонял Гретту, прижимаясь молча к Софье и задыхаясь от ее тепла. В конце концов, он подъехал к избе; не той, у которой запланирована была встреча, - эта была значительно дальше. Спешившись, он протянул к барышне руки, желая снять ее с лошади, и на лице его была счастливая, открытая улыбка.
- Здесь никого. Иди ко мне, - проговорил он.
Cranberries 16 октября 2016 г. 22:37:45 постоянная ссылка ]
Вокруг была полная тишина, прерываемая лишь редкими криками птиц и шелестом травы. Софи невольно вздрагивала - в каждом порыве ветерка ей чудилось движение и страх невольно сжимал сердце. Еще никогда она не была так поздно одна вне дома. В голове сразу возникли страшные сказки про леших и людоедов, про злые силы, блуждающие по ночам и даже в теплом костюме ей стало немного зябко. Стараясь не издавать ни звука, она приближалась к единственной подходящей под описание избе. Тени играли с ней злую шутку - в каждом деревце ей чудилась человеческая стать, каждая ветка - протянутой рукою. Правда боятся ей пришлось совсем недолго - послышался тихий стук копыт и тяжелое дыхание лошади, а чуть погодя появился и сам всадник. Графиня с облегчением вздохнула и нервно улыбнулась, подавая руку.
Рябинин легко подхватил ее и Синявина не успела опомнится, как была в седле совсем рядом с причиной своих сердечных страданий. Боясь сказать слово в страхе что кто-то увидит или услышит их, нарушит эти сладкие мгновения, Софи молча спиной прижималась к Алексею и, сама того не замечая, теребила кружевной манжет.
Все казалось таким ненастоящим и неестественным, так сильно отвыкла она от его общества. Дурные мысли стали лезть в голову - уж не попрощаться ли он с ней решил? Не обнаружит ли кто письма, что она так опрометчиво забыла сжечь? Что скажет Вронский, коли узнает о нее ночных путешествиях? А батюшка?
Софи в волнении покусывала губы, гладила теплую шерсть лошади на шее и прислушивалась к равномерному дыханию Алексея.
Как хорошо, что я одела именно костюм для верховой езды. Хороша бы я была в задранном выше колен платье.- подумалось ей.
Глаза полностью привыкли к темноте и Софи увидела избу, к которой и вез ее Рябинин. Обычная, ничем не привлекающая внимания хатка была в окружении берез и ив, у входа стояла немного покосившаяся лавочка, заросшая травой.
С легкостью оперевшись на его руку, Синявина грациозно спешилась и подняла глаза на своего спутника. Его широкая улыбка на миг ошарашила ее, а после она залилась тихим смехом.
- Часто ли вы крадете приличных барышень под покровом ночи, господин похититель? - с озорством в голосе поинтересовалась она.
Впрочем, Софи вовсе не торопилась к нему в объятья. А напротив - хитро улыбаясь, стояла чуть поодаль и оглядывала избу, к которой и привез ее Алексей.
Doubt. 16 октября 2016 г. 23:17:48 постоянная ссылка ]

Рябинин был счастлив. Пока ревность и тревогу выместила удовлетворенная тоска и дурь не лезла в его лохматую голову, он был совершенно открыт.
- Впервые, - отозвался он, уводя лошадь в сторону и привязывая вожжи в потрепанному временем крыльцу. - А вы часто под покровом ночи убегаете из дома в костюме для верховой езды, чтобы встретиться с кавалером?
Гретта, нисколько не интересуясь всеми этими интригами, вернулась к своей скромной трапезе, а Алексей поторопился к Софье и наклонился, чтобы поцеловать любимую ладонь и - позволяя себе лишнее - запястье. Ему играть нравилось не меньше, чем Синявиной, но игры у него были несколько иные. После этой искаженной формальности молодой человек за руку повел ее в избу.
- Идемте, тут потеплее.
Не глядя на девушку - Алексею полюбилось себя дразнить в последний месяц, - он вошел, прикрыл дверь и, устроившись у стола, принялся вываливать на него какие-то предметы из карманов.
- Мне жаль, что наше свидание так отложилось. Надеюсь, я не заставил вас переживать, - вздыхая, бормотал молодой человек, зажигая спичку и поднося ее к свече. Все это он, конечно, взял из дома.
отчего он вдруг перескочил с "ты" на "вы" и потерял свою лучезарную улыбку, он бы и сам не понял, но, слава богу, не задумывался. Дело было, конечно, в волнении. Скудный свет озарил комнату; кроме стола, холодной печи и пары скамеек тут ничего не было; всюду было пыльно: здесь явно не ступала нога человека в последние несколько лет. Рябинин, шевелившийся вдруг, как нормальные люди, а не втрое неторопливее (явно суетился), протер своим платком одну из скамеек и жестом предложил своей леди устроиться. Карие глаза словно бы печально и трогательно темнели на его лице, и он чуть хмурил беспокойно бровь; в его взгляде явно мелькала какая-то помесь просьбы с надеждой. "Что она? Теперь оставить меня решит? Или я дурак круглый?" - гадал он, все не отводя взгляд от ярко-голубых лун. Кажется, тревожил его не только факт ночного свидания. На мгновение Рябинин, которого сейчас видела графиня, мог показаться не только старше, чем раньше, но и в принципе старше своих лет. Однако спустя мгновение он вернул себе свой привычный легкомысленный вид.
- А ты не шутила про верховую езду. Так и про трубку правда? - он усмехнулся в своей манере, и привычное лукавство проявилось на его лице.


Cranberries 17 октября 2016 г. 07:55:16 постоянная ссылка ]
Софи наблюдала за тем, как Рябинин привязывает свою лошадь и не смогла не сравнить его спокойные и размеренные движения с мельтешением рук и ног Вронского, когда ему приходилось выполнять аналогичную задачу. Все таки верховая езда, да и вообще обращение с лошадьми ее жениху давались ох как не легко. С усмешкой Софи вспомнила его неловкие разговоры и пустые фразы и невольно сравнила и себя с гнедой лошадкой, укрощение которой, увы, совсем не по зубам колежсскому ассесору.
- Ах, что вы! Совершенно не часто. В этом месяце впервые - с усмешкой пробормотала она, наблюдая как Алексей склоняется к ее руке - Это так очаровательно, когда твой похититель соблюдает правила приличия.
Сама не осознавая причины своей сегодняшней язвительности, Софи позволила себя увлечь в темную избу. Когда забрезжил свет свечи, девушка наконец смогла подробнее рассмотреть место их секретной встречи. Обычная, ничем не примечательная изба с большой белой печью, широкими лавками и клубами пыли. По углам висела паутина и Софи немного вздрогнула при мысли о ее обитателях.
Графиня замерла сразу у входа и наблюдала за тем, как Рябинин хлопочет в избе, стараясь привести в порядок хотя бы одну лавку. На мгновение ей представилось что это их изба, и что вдвоем они будут наводить здесь порядок, зажигать печку и пить чай за столом. Заведут ленивого рыжего кота, посадят цветы у калитки...
Софи пожурила себя за глупые мысли об их крестьянской и совершено не осуществимой жизни и еле слышно вздохнула. Торопливые движения Алексея явно не способствовали ее самообладанию.
Неужто волнуется? - подумалось Синявиной. - Что то случилось?
- Ну что вы, я нисколько не сомневалась и не переживала. Вы же дали мне слово - нервно улыбнулась она и присела на лавку. Идеально ровная осанка, сложенные на коленях руки - ничто не выдавало ее волнения. Пару минут, казавшихся вечностью, они вглядывались друг другу в глаза, пока молчание не прервал Алексей.
- Правда, выдумки... ты всем слухам обо мне веришь? - поинтересовалась она и протянула руки, увлекая Алексея сесть рядом. Взяв его ладонь в свои миниатюрные руки, она снова заглянула ему в глаза и спросила:
- О чем ты думаешь? Чем вызвано твое волнение?
Doubt. 17 октября 2016 г. 16:53:39 постоянная ссылка ]

Соня стала ласковее, и тревога ненадолго отступила; вскоре она вернется, но пока что Рябинин позволил себе не вспоминать об обстоятельствах. Мягко сжав в пальцах хрупкие ладони, он отвечал с усмешкой:
- Во всех слухах о тебе фигурирует мое имя, так что мне не сложно понять, чему верить, - молодой человек не отводил взгляда. - Но о трубке ты сама упомянула при нашей последней встрече. Надо признать, это было бы правдоподобно, даже если бы я услышал об этом из уст своей кухарки.
Неизменно бесстыдные глаза ощупали каждый контур стройного тела и милого лица; каждый локон и тени от ресниц, движение ее губ - все это жадно и спешно ухватывалось, чтобы навсегда запомнить. Рябинин не смог бы понять, как вышло, что он полюбил эту женщину, но теперь он больше не мог этого отрицать. Может, именно поэтому он до сих пор не мог выдавить из себя своего эгоистичного, пагубного для Сони плана. Десять часов назад это казалось ему элементарной задачей, а теперь он тянул время.
А Софья не собиралась это игнорировать.
- О чем ты думаешь? Чем вызвано твое волнение?
Алексей не сразу ответил и даже отвел взгляд. Он боролся с собой: быть откровенным ему обычно не приходит в голову, но, истерзанный, молодой человек думал, не стоит ли сегодня пойти иным путем. Множество тяжелых картин пронеслось у него в голове, страх и дискомфорт напомнили о себе на пару мгновений. "Но она ни при чем. Ей не стоит об этом думать. Она смелая и она требует свободы, но она все еще графиня, разбалованная девочка, и не знает, сколько эта свобода может стоить", - размышлял он.
- Разные трудности, - ответил он уклончиво своим неменяющимся тоном, качнув неопределенно головой и снова посмотрев девушке в глаза. - Моя леди, например, выходит замуж на очень жалкого человека, - на лице гневно дрогнули скулы, и Рябинин взял небольшую паузу. - И я не уверен, что хочу заставить ее ждать, когда я исправлю это досадное недоразумение.
В выражении его лица появилось что-то настойчивое. Алексей все-таки решил позволить Софье выбирать... Хотя не был готов к тому, что она откажется от авантюры.
- Сейчас я не знаю, что опаснее для тебя, - продолжил он, с особой аккуратностью подбирая слова. - Как бы не повернулось время, революции быть. Оставить тебя с этим ничтожеством - однозначно все одно, что теперь же тебя задушить. Ему не хватит духу и дальновидности даже для того, чтобы уберечь тебя. Он даже во время обморока не знает, куда себя деть, - линия губ искривилась в отвращении, но Рябинин не хотел продолжить мысль.
Он сильно не договаривал и не знал, как обойти.
- Однако тебе не стоит сейчас плыть против течения, Соня. Поэтому я непременно обращусь с просьбой к Анатолю. И я бы хотел, чтобы ты ... мхм.
Он утих, вновь принялся разглядывать руки графини и насупился, явно сомневаясь.

Cranberries 17 октября 2016 г. 17:12:47 постоянная ссылка ]
Софи что-то тихо проворчала про себя и подняла обиженные глаза на Алексея.
- Это еще почему? По-моему трубка ну никак не вписывается в образ настоящей леди, господин Рябинин - вспылила она - А если верить слухам, то вы - всем сердцем влюблены в некую Облонскую, а за мной приударяете лишь ради громкого имени и титула!
Софи порывисто встала и подошла к окну. Было заметно, что эта тема зацепила ее ранимое самообладание. Нервы начинали сдавать, вся ситуация казалась ей такой глупой и неестественной. О, как не похожи они были на влюбленных из тех романов, которые она читала по ночам! Не было той порывистой страсти в их редких свиданиях, не было той близости.. Каждый замыкался на своих мыслях, на своих переживаниях и радостная встреча за долгое долгое время грозила окончится непониманием.
Софи и сама не знала, почему злится на Алексея. То ли из за скудности проявляемых им эмоций, то ли винила его в своем собственном глупом поведении.
Ветер за окном шумел листвой, гнул тугие стволы деревьев и Софи невольно порадовалась что находится внутри.
Затопить бы печь - зябко поежившись, подумалось Синявиной. Однако слова Алексея отвлекли ее от лицезрения погоды за окном и мыслей о холоде.
- Во-первых, - мягко начала графиня - Он не жалкий человек. Да, я не люблю его. И сомневаюсь, что он любит меня. Но он не жалкий. И в случае революции я сама смогу постоять за себя. О, умоляю, не говори обо мне как о кукле, которую надо оберегать и прятать. Я всю жизнь борюсь с этим!
Его неуверенный тон заставлял ее нервничать. Он явно ей что-то недоговаривал и Софи чувствовала себя ребенком, которому не хотят говорить неприятную правду. Вот только кому он больше помогал этим - ей или себе?
Софи прислонилось спиной к косяку двери и затихла на пару минут, погруженная в размышления. Прикусив губу и сложив руки на груди она снова посмотрела на Рябинина.
Его мягкие и такие любимые черты лица были напряжены, глаза выглядели обеспокоенными и губы поджаты.
- Если ты думаешь, что у тебя получится решить все за меня - ты невероятно наивен. Что ты хочешь от Анатоля? - прищурившись произнесла Софи.
Doubt. 17 октября 2016 г. 18:21:06 постоянная ссылка ]

- А если верить слухам, то вы - всем сердцем влюблены в некую Облонскую, а за мной приударяете лишь ради громкого имени и титула!
- Это ерунда! - почти воскликнул он, удивившись и обеспокоившись ее внезапной, порывистой обиде. Но затем только тяжело вздохнул, погружаясь снова внутрь себя. Нужно было понять, что стоит вытащить оттуда. А в имя Облонской он даже не вдумался; оно сейчас несколько его не зацепило.

И хотя он смог что-то вытащить, Софья явно была не удовлетворена; более того, его чуть нервное состояние передалось ей в десять крат более сильным, и Алексею стало труднее, глядя на нее и опасаясь ее злости, оставаться рассудительным и высказать важное. К тому же... "И почему только она его защищает?" - ревность закипала в нем, грозя вылиться в страшный скандал и разрушительный гнев. А Рябинин не хотел ссор. Щеки и шею сводило и жгло от злости, и он совсем замялся и не торопился продолжать.
- Я попрошу его тебя защитить, если придется. Впрочем, он бы и так защитил, - Алексей снова вздохнул, проводя пальцами обеих рук от лба к макушке - жест, который он машинально совершал, пытаясь успокоиться, - и вздохнул снова. Он не мог найти нужных слов. От Синявиной действительно глупо было ждать овечьего смирения, и дурить ее было без толку. А Рябинина воспитывали в духе того, что женщина не должна тяготиться грузом мужской ответственности и, тем более, влезать в кровавые истории. И хотя за последние годы ему все чаще приходилось смиряться с инициативностью эмансипированных леди, что в голову с детства вбито - что на камне высечено.
В конце концов, спустя секунд пять он поднялся и решительным, слишком скорым для себя шагом подошел к возлюбленной и, обхватив несильно, но уверенно ее тонкие плечи руками, потребовал ее взгляда.
- Соня... Я не говорю о тебе, как о кукле, я не считаю тебя слабой. Ты сильная женщина. Женщина, понимаешь? Даже Анатоль или Каренин, которые отслужили свое, не смогут выстоять против разъяренной толпы с оружием. Им будет все равно, с ними ли ты или против них, ты не сможешь крикнуть им в лицо: "Я свободный человек, я могу решать!" Это не убережет тебя. Они будут видеть в тебе аристократку, врага. Я хочу решить не за тебя, я хочу решить так, чтобы ты осталась в целости и сохранности. Поэтому доверься и ты мне. Не потому, что я мужчина. Не потому, что ты глупа или несамостоятельна. Только потому, что я люблю тебя и боюсь тебя потерять. И я ищу лучшие из безопасных троп, - переживание, скользнувшее по его лицу - прежде неумолимо спокойному, - было горячим и так акцентировалось на Синявиной, что Алексей, привыкший запоминать и осторожничать с каждым своим словом за эти несколько лет, даже не замечал, что говорил, и не обратил внимание, что впервые открыто назвал свои чувства к этой взбалмошной барышне.
Уткнувшись носом в ее щеку, он болезненно поморщился от мысли о худших перспективах и проговорил уже совсем негромко:
- Ты яд, ты биологическое оружие, ты король на шахматной доске, но не пушка, не копье, не пороховая бочка. Разве могу я доверить тебя человеку, который во время духоты ничего не смог сделать для тебя? Просто стоял, как круглый дурак... Человеку, который испугался меня, словно зверя, когда я поддался на его провокацию, - только языком молоть горазд! И после того, как по наивности графиня Щербацкая высказалась о нас, как о любовниках, он также из страха передо мной и своей так называемой "неконфликтости" не стал требовать объяснения от меня, как сделал бы любой на его месте. Сделал вид, что пропустил мимо ушей... Пусть ты считаешь его порядочным человеком, но его просто забьют, как домашнюю скотину, он даже не решится убежать. Я видел таких. Я знаю, о чем говорю, - несколько расплывчато пояснял Алексей, уже крепко обнимая графиню. И хотя голос его оставался холодным, он временами вздрагивал от волнения, жарко целуя ее голову, и его странная болтливость была здесь мольбой. Расчувствовавшись, Алексей совсем умолк, без толку осеняя поцелуями все, до чего мог достать, и, кажется, уже просто хотел излить накопившуюся нежность, осознав, что не сможет выдумать никаких речей и манипуляций лучше, чтобы убедить Синявину.

Cranberries 17 октября 2016 г. 19:24:26 постоянная ссылка ]
Софи с легким испугом наблюдала за окаменевшим лицом Рябинина, вжимаясь в стену, будто бы хотела растворится в ней. Женское, незыблемое подсказывало ей что совершенно зря она начала защищать своего жениха и его имя из ее уст обожгло Алексея как огнем. Ей захотелось приблизится, обнять его, попросить прощения за грубость, за страх, что она испытывала, но графиня не смогла сдвинутся и с места, пригвожденная тем жаром, той волной эмоций что исходила от обычно апатичного Алексея. Его вымученная фраза, отчаянный жест - у Софи перехватило дыхание, когда он подошел к ней, обхватил своими теплыми руками ее плечи. Подняв свои голубые глаза на него, Синявина отчаянно покраснела от столь неожиданной близости. Как успела отвыкнуть она от его прикосновений, от его дурманящего запаха, от выбившихся из хвоста волос, что касаются ее щеки.
- Леша.. - неуверенно начала она, но быстрая речь Рябинина, будто откровение, прервало ее. - Послушай меня, послушай.
Соня порывисто поднялась на носочки, чтобы хоть немного приблизиться, обхватила его лицо жаркими ладонями и почти с отчаяньем заглянула ему в глаза.
- Я знаю, что готовится нечто гораздо более масштабное, чем я могла себе представить. Чем кто-угодно в этом чертовом селе мог себе представить! Но пойми, каждый из нас подозревается именно в соучастии того, о чем ты так боишься. Я не боюсь разъяренных крестьян, штурмующих мое поместье. Я боюсь жандармов, ищущих виновных. Тот пожар.. нас не просто так сюда согнали, будто стадо овец - пылко говорила она - Позиция того же Анатоля будет наиболее губительной, если ситуация развернется именно в этом ключе.
Она замолкла, стараясь привести свои разбушевавшиеся эмоции в порядок. Соня прекрасно представляла себе как нелепо она сейчас выглядит - широко открытые блестящие глаза, ярко-красный румянец на щеках, покусанные губы, хаотичные жестикуляции..
Рябинин уткнулся ей в щеку, заставляя смутится еще больше и горячо заговорил. Волосы зашевелились на голове у Синявиной. Ей вдруг стало ясно как день то, что не давало ей покоя уже многие месяцы. Он любит ее. Сильный мужчина, сжимающий ее в обьятьях, бормочущий ей в волосы, изливающий свою душу. Он любит ее! Любит! Боится за нее, боится потерять ее, боится остаться с ней. Софи забыла как дышать, осыпаемая его поцелуями, совсем опешившая от смущения. Робко пытаясь отвечать, Софи сильнее прижалась к Рябинину, уткнулась лицом ему в грудь.
Заслышав о совсем не лестных высказывания в сторону Вронского, Соня прыснула в кулачок от смеха.
- Знаешь ли, тебя тяжело не испугаться, мой звереныш - совсем уж ласково произнесла девушка, запуская руку ему в волосы - С его жесткой бюрократической выучкой и привычкой скрывать мысли ему просто не понять было твоей прямолинейной самоуверенности..
Только не отпускай меня.
- Хорошо. - пробормотала она - Что мне делать? Что ты придумал?
К черту. Пошло оно все к черту. Мне наплевать на все, что может произойти завтра. - проносилось у нее в голове.
Doubt. 17 октября 2016 г. 21:21:07 постоянная ссылка ]


"Надо, надо будет ей сказать, что жандармы не имеют отношения к пожару... Потом..." – неслось в голове ненавязчиво, но теперь, когда она так близко, попытка вернуть ум к делу была провальна, словно слабый сквозняк летом, когда пекло и в доме, и снаружи, и не различить, где хуже.
Синявина верила. Она верила и пряталась в его алчных объятиях, не имея понятия, как трудно ему сейчас будут даваться подробные инструкции, как жаден он был сейчас до ее существа и как счастлив; впрочем, он не мог быть уверен, что она не чувствует того же, прижимаясь к нему и отвечая на его нежность. А Алексей действительно напоминал кошачьих; обычно кот-лежебока всегда отчужден, но если соскучится, то от его ласки так просто не отвяжешься... К тому же, теперь, успокоенный, он почти даже вернулся в свое нормальное, насмешливо-дружелюб­ное и дерзкое состояние. Да и Софья снова расслабилась и поддалась этому течению. Теперь ее отзывом о Вронском он был куда более удовлетворен. Поддаваясь расщедрившейся на любовь руке и, кажется, невольно прощаясь снова с лентой для волос, которой судьбой было уготовано остаться в забвении на этом пыльном полу, он был готов перевести ненадолго тему: так было хорошо.
– С его жесткой бюрократической выучкой и привычкой скрывать мысли ему просто не понять было твоей прямолинейной самоуверенности...
– Я не слишком уверен в себе и отнюдь не прямолинеен, тебе показалось, – вполне честно, но без малейшего признака удивления проговорил Алексей, радуясь возможности обсудить что-нибудь не столь тяжеловесное, как революция и женитьба. Черта-с-два!
– Что мне делать? Что ты придумал?
Бороться до конца! Каждому за свое...
– А ты поцелуешь меня снова? Тогда расскажу, – по-своему игриво мурчал он, довольно ухмыляясь. Коснувшись кончика ее носа своим, он чуть отдалился, чтобы сопроводить свое предложение бартера настойчивым аргументом в виде медового взгляда и понаблюдать за ее смущением. Рябинин опасался вместо того рассердить ее снова, но, пожалуй, он снова тянул. К тому же, в нем все еще незаконно проживал влюбленный подросток, вожделеющий свою принцессу и счастья, разделенного и приумноженного с ней. Алексей знал, что ответ на вопрос возлюбленной будет таким мрачным, что есть риск не вернуться к этому эпизоду страсти сегодня, а то и вовсе никогда; это было прекрасной причиной поддаться легкомысленной волне хотя бы ненадолго. Не говоря уже об очевидных причинах.

Cranberries 17 октября 2016 г. 22:16:17 постоянная ссылка ]
Соня с усмешкой на устах наблюдала за кошачьими повадками Рябинина, который, казалось бы, стал приходить в свою норму. Взгляд безупречно ленивых карих глаз блуждал по ее лицу, руки притягивали ее талию. Легким движением руки Синявина стянула знакомую ленту с волос Алексея и с наглой усмешкой повязала ее себе на руку.
- Вы, если я не ошибаюсь, обещали мне ее вернуть? - произнесла она, а после вздохнула и уже тише добавила - Когда все станет на свои места.
Софи на миг погрустнела и бросила взгляд за темный квадрат окна - не видно ли факелов? Не ищут ли пропавшую графиню? Однако пейзаж оставался прежним и это не могло не радовать истерзанную тревогами Синявину.
- Мой поцелуй настолько мало стоит? - с иронией поинтересовалась она, изо всех сил преодолевая смущение. Во-второй раз она не хотела делать ему такой подарок! Однако, заглянув поглубже в его глаза, она вновь стала на цыпочки и коснулась губами его щеки.
- Ночь не бесконечна, мой друг. И я вижу что ВЫ тянете время. - со вздохом, произнесла девушка - Не стоит меня жалеть. Вы бы не пришли, если бы не было плана.
Софи упрямо вывернулась из его объятий. Как бы ей не хотелось подольше потешится негой и их уединением, она боялась что они банально не успеют обсудить гораздо более важные планы. Да и жесткая выучка графской дочки просто не позволяла ей незамужней и еще невинной находится с мужчиной в такой близости. Да еще и целовать его, когда ему вздумается! И пусть графской дочке так же не было позволено заводить романы на стороне, когда ее сосватали за другого, смущение все равно не могло отпустить ее и чувство чего-то непозволительного преследовало ее.
- Леш?
Doubt. 18 октября 2016 г. 02:40:07 постоянная ссылка ]

Поцелуя не случилось. "Не так проста. Это тебе не кухарка", - на всякий случай напомнил себе Рябинин, в целом, готовый к такому повороту событий (хоть и пребывающий в состоянии одурманивающей эйфории). Но он снова несколько повременил делиться своими мыслями. Только не из вредности, а потому, что глядя на то, как Софья пытается сохранить целомудренный вид, половину своего плана он смело вычеркнул, а над другой половиной пока мучительно раздумывал. "Может, и мучить её не стоит? Может, достаточно быть начеку и выручить её, когда придется?" - думал он, уткнувшись взглядом в окошко.
- Да, вы правы, наше свидание не бесконечно, - он покорно принял дистанцию, предполагая, что графиню мучает их недавняя непозволительная близость, хотя и не понимал, ввиду чего меняются правила этой игры. - План довольно простой. План выживания, я имею в виду, - уточнил он с каменным лицом, чуть отвернувшись. - Дадите ли вы согласие перед алтарем или нет, вы всегда должны быть готовы бежать. В любую минуту. Если начнется переполох, я обеспечу вам побег из страны. Если предпочтете остаться в коммунистическом обществе, решу и это. Однако, как я отмечал прежде, вашему жениху я не доверяю и предпочту, чтобы вы верили мне больше, чем его недальновидности.
Он сделал паузу, вновь поворачиваясь, и карие огоньки впились в Синявину с удушающей ревностью, которую Алексей так усердно пытался скрыть. Кажется, он сердился. Сердился ли? Говорил он действительно странно и был совершенно на себя не похож, однако эта манера разговора - грубоватая, упрощенная, деловая - явно использовалась им не впервые: уж слишком он выглядел естественно.
- Если же вы желаете как-то продолжить наши отношения в прежнем ключе, то путей решения, которые не противоречили бы закону и морали, не много. Революции вам придется ждать, как верующие ждут Второго Пришествия Христа, - явно было что-то неправильное в этом богохульстве, - потому что в ином случае ваш батюшка не даст согласия на наш брак. Мы могли бы бежать заграницу, но, боюсь, для меня это невозможно. Так что, если отбросить все незаконное, остается только аморальное. Думаю, вы меня понимаете, и я боюсь вас оскорбить, так что этот вариант не прозвучит.
На мгновение Рябинин утих снова; взгляд его уже успокоился, сам он побледнел.
- Поэтому я хотел бы знать, не хотите ли вы оставить всё это позади. Я знаю, что гордость не позволит вам признать, что вы не вольны... выражать какие-либо нежные чувства к кому бы то ни было, - молодой человек неаккуратно обошел момент, в котором не был уверен. - И всё же, она же не позволит вам изменять супругу, я полагаю. Вам стоит подумать о себе. И да... Да, я спасу вас, что бы вы ни выбрали. Но я хотел бы знать, как мне вести себя с вами, чтобы не произошло недоразумения.
Синявина же не думала, что вопросы сегодня задавать будет только она?
Из-за этих нарочито вежливых обращений флегматичный помещик претерпевал страшные эмоциональные встряски: эйфория приказала долго жить, а дисфория была тут как тут. Огорченный и прибитый собственными страхами (отбиваться от них было уже решительно невозможно), Алексей не изменился в лице. Только отвел взгляд на свечу, которую небрежно и от тоски крутил в пальцах. Воск капал на деревянный стол, как капали не так давно слезы на рабочий стол изнуренного натянутой обстановкой Рябинина. Он терпеливо ждал, и ни одной связной мысли не было в его голове.

Cranberries 19 октября 2016 г. 19:37:32 постоянная ссылка ]
Софи иронично изогнула бровь, вслушиваясь в слова Рябинина, которые, как ей казалось, с огромным трудом вылетают у него изо рта. Все внутри нее переворачивалось, горело и пенилось. Мысли роем пчел вились у нее в голове, жалили в самые больные места и не было спасения от этих страшных дум. Мало-помалу Синявина начала понимать что ей говорил Алексей и это ей совершенно не нравилось.
На мгновение она опустила голову, пряча глаза. Легким движением руки заправила немного вьющийся локон за ухо. На ее лице не отражалось ровно никаких эмоций. Этой прекрасной, и, невероятно полезной привычке она научилась сразу после смерти матери. Всегда одно и тоже холодно-флегматично­е выражение лица спасало ее в разных ситуациях - во время истеричных метаний отца, насмешливых фраз других девиц или язвительных комментариев кавалеров, которые не считали ее красавицей. Колючий взгляд и изогнутая бровь. В данный момент лишь нездоровый румянец горевший на щеках выдавал ее состояние.
- Все это так забавно... Вы думали, что знаете меня лучше чем кто-либо. Но до сих пор не поняли, Алексей Степанович, что мне не нужен спаситель - произнесла графиня, и чуть склонила голову вбок - Вы не понимаете, что если я выйду замуж за Алексендра едва ли вы сможете приблизится ко мне. В особенности, если революция действительно грянет. Даже более, грянет она у порога Вронских. Колежский ассесор...
Софи захотелось закурить и ей уже было абсолютно все равно что подумает о ней Алексей. Рукой она даже нащупала мундштук, который машинально положила в карманчик комзола.
- Спасение, спасение, спасение. Это конечно приятно, что кто-то беспокоится о твоей жизни. Но я не вещь, которую нужно прятать, спасать, красть. Как бы тривиально и ожидаемо это не звучало из уст "избалованной графской дочки". - Софи еле слышно хмыкнула, вывернулась из объятий Рябинина и скользнула на лавку, переплетая ноги и выставляя их вперед. Ее плечи начали дрожать, Софи достала мундштук - несколько аккуратных движение, звук зажигаемой спички и девушка с наслаждением втянула дым, помогающий ей успокоится. Не самое приличное занятие для молодой леди, но врачи утверждают что невероятно полезная вещь для приведения в порядок нервной системы.
- Хочу ли я оставить все это позади? Вы себе не представляете как сильно - с напором произнесла Софи, смотря куда то в сторону - Как бы я хотела никогда не знать вас, не знать этих мук, этих чувств. Насколько все было бы легче. Вы не предлагаете мне ничего. Лишь говорите, что спасете мою жалкую шкуру, когда это понадобится. Изменять супругу? Я уже изменяю ему. Прямо здесь и сейчас и так лицемерно с вашей стороны предоставлять мне выбор - делать или не делать этого.
Софи тряхнула волосами, будто бы отгоняя от себя дурные мысли. Хороши они были сейчас. На любовное свидание это походило очень мало. И как бы не было ей больно, она понимала, что по сути и сама не может ничего предложить. Как бы то ни было, им придется расстаться.
- О каком недоразумении идет речь? Что аморальное вы мне предлагаете? Я все меньше понимаю вас, Алексей Степанович, и все туманнее вижу ваши мотивы.
Doubt. 19 октября 2016 г. 21:23:53 постоянная ссылка ]

Когда Софья заговорила, свеча зависла в руке молодого человека, и он следил за каждым ее движением, не изменяя каменному лицу и не смея ее перебить. На его месте многие взвыли бы, но только поскребывание кошек на душе доносилось до закоулков его черепной коробки как отзыв на каждое слово графини. Еще минуту назад она соглашалась с ним и принимала его заботу, а теперь вновь заявляла, что она сама себе рыцарь и Иисус Христос. Еще минуту назад она могла наслаждаться его нежностью, но теперь говорила, что предпочла бы все это забыть или вовсе не знать. Это задело его за живое не меньше, чем ее рассуждения о том, что ей не нужен спасательный круг на случай крушения. Да о чём мы? Весь этот монолог был возмутителен с самого начала: разве думал он, что знает ее лучше остальных? Никогда: Алексей считал возлюбленную сущей загадкой. Свечка мягко стукнулась о поверхность стола, поставленная, как прежде, но звук этот так напомнил грохот мотолочка в суде, что молодой человек ощутил прошедший от затылка по спине холодок.
– Это лицемерно ровно в той степени, в коей вы утверждаете, что не желаете меня любить. Вы просили у судьбы настоящей любви, и не смейте возражать: это будет вопиющей ложью, – неожиданно жесткими для себя выражениями заговорил Рябинин, более не умея сдерживаться. Слишком больно ему было от ее слов, чтобы не ответить: несмотря на страдания, которые он с перенес вместе с этими чувствами, он никогда не стал бы роптать на них. – Или вы действительно слабее, чем думаете о себе. Я вытащил вас из толпы в горящем театре. Вас просто затоптали бы в ином случае. Так с чего же вы взяли, что спасетесь во время восстания, когда та же толпа вооружится и захочет вашей смерти? Вы, может, держали оружие в руках, но это не делает вас сильной. Как и моё желание вас уберечь не делает вас вещью. И вы отнюдь не так свободны, раз не сможете найти обходные пути, чтобы допустить меня к себе, будучи даже и замужем. Да сможете! Но вам это не нужно. Или нужно? Тогда, в конце концов, любая блядь в России свободнее вашего, а ваша свобода – свобода женского слова, которое в патриархальном обществе даже не будет услышано. Разве только мной. Потому что я полагался на каждое ваше слово, – он сильно горячился, но не помнил себя: в последний раз откровенен, прямолинеен и честен он был явно не в этом году. Пощечина сейчас не смогла бы усугубить его мучений, потому что хуже было некуда. Все время, пока он говорил, он смотрел ей в лицо – дурацкая, дикарская и вызывающая манера. И он видел, как ей дурно, и пощечина не могла быть хуже, чем атмосфера, переполненная невырвавшимися рыданиями их обоих. – Что, уважает ваше мнение Вронский? Воспринимает его всерьез? Или вам так удобно думать, как вам удобно и прикрываться сейчас тем, что он нас разделит, хотя не так давно вы клялись мне, что вам решать? – он отошел, также доставая из пальто портсигар и доставая оттуда самокрутку. – Да этот несчастный баран знает все, Софья. Он не дурак, но трус. Даже если ты крикнешь ему в лицо, что не верна, он это проглотит. И этот человек будет создавать мне препятствия? – он ядовито усмехнулся, закуривая. – Нет. Вы будете создавать их. Потому что вам жаль этого амбарного мыша больше, чем меня! Дьявол! – сжав зубы он от души пнул свободную скамейку. С нее облаком слетела пыль, и больше ничего не произошло: крестьяне делают куда более простые и практичные вещи. Рябинин же издал негромкий звук, отдаленно напоминающий и вздох и стон.
Он помолчал пару мгновений, затем пробормотал:
– Мотивы... Аморальное... Довольно, вы всё сказали. Раз не желаете более меня видеть, так докурим, я довезу вас поближе к дому и на том навсегда расстанемся.
Его голос в кои-то веки ощутимо дрогнул. Алексею в дыму хотелось задохнуться. Он глянул снова на Синявину, на ее сжатый давлением невылитых слез силуэт, и добавил негромко:
– Прости... Простите, – он вздохнул, и слезы навернулись на глаза; закрыв глаза и сжав переносицу пальцами, Рябинин попытался утешиться. Он винил себя за несдержанность. – Я позволил себе слишком много, прошу меня простить.
Но с этим, не дожидаясь ее ответа вовсе, он вышел из избы на покосившееся крыльцо и стоял там теперь, убитый, облокотившись на хрупкие перила и повесив голову. Самокрутка дымила тонкой струйкой, еле заметной в темноте.
Он любил Синявину до одури. Смотреть на ее муку он не мог, особенно, когда уже не знал, как с ней договориться, и только делал хуже, доверившись ее громким заявлениям и своим амбициям. Рефлексия вела его теперь по пути разбитого предательством и лукавством сердца, и хорошо бы ему не дойти до конца и не подумать этого о Соне прежде, чем ее реакция отвлечет его.
Cranberries 19 октября 2016 г. 22:17:11 постоянная ссылка ]
Софи слушала Алексея из последних сил заставляя себя не плакать. Дай ей волю - она тут же разразилась бы слезами словно маленькая девочка и это усугубило бы ситуацию, если ее еще можно усугублять.
- Любовь? Моя любовь к вам ничерта не может изменить. Вы абсолютно правы - мой отец, мой жених не спрашивают моего мнения. И я не говорю Вам, что свободна. И не говорю, что сильная. Я слаба и не выстою против толпы. - с горечью произнесла она, жадно делая затяжку - Но что касается вашей любви ко мне.. она вас погубит, а я не могу этого позволить.
Синявина прекрасно осознавала как больно она сделала ему своими предыдущими словами. Пожалуй, даже сильнее, чем она боялась. От осознания этого на сердце становилось все гаже и гаже, но Софи просто не представляла себе что можно изменить, что сказать и как исправить ситуацию. Правда, исправлять ситуацию было уже решительно поздно - Алексей решил сравнять счет и швырялся в нее словами ничуть не выбирая выражений. Софи встала, намереваясь выскочить из задымленной избы и сбежать на край света. Куда угодно лишь бы подальше отсюда и от проклятого дома с темными шторами, лишь бы не слышать обвинения, кидаемые в свой адрес, не слышать ругательств из любимых уст.
Но чем больше говорил Алексей, тем больше Синявина понимала что просто не может двинутся с места, пригвожденная его взглядом. Из ее опущенной руки выпал забытый мундштук, тело сотрясала крупная дрожь. Она стояла прямо перед ним, вынужденная снизу вверх смотреть в его глаза и выслушивать все, что накипело у него на душе. Слезы и невысказанные чувства душили ее, но она не смела и слова проронить. Алексей замолк на мгновение, отвел взгляд и отошел от нее, будто от прокаженной, закурил. Софи зажмурилась, решительно заставляя себя продолжить дышать и чуть подпрыгнула, заслышав хруст скамейки о стену. Поднявшееся облако пыли оседало на лице - противно щекотало в носу, слепило глаза. Софи по-прежнему молча стояла посередине комнаты, не зная как ответить и не решаясь поднять глаза.
Несколько последующих после бури минут казались вечностью. Опустошенный Рябинин стоял на улице и курил, явно не желая ее видеть. Софи стояла посередине комнаты зажмурившись и теребила рукой манджет, до крови впивалась ногтями в тонкую кожу. Чувства взяли вверх над мыслями. Синявина глубоко вздохнула и шагнула в темноту улицы. Еле слышно подойдя к Алексею, она прижалась к его спине, обвила его пояс своими руками.
- Пожалуйста, не оборачивайся. - зашептала она ему возле уха - Прости меня, прости. Меньше всего на свете я хочу делать тебе больно, меньше всего хочу ранить тебя. Я так боюсь за тебя, что не могу спать ночами, не могу смотреть на отца, не могу слушать все эти чертовы рассуждения, не могу писать письма, читать книги. Я постоянно боюсь, что ты исчезнешь. Что тебя вырвут из моих объятий эти чертовы обстоятельства..
У Софи перехватило дыхание от той откровенности, которую она себе позволила, но собрав в кулак все свое мужество она продолжила:
- Я стану для тебя тек, кем захочешь. Я буду твоей любовницей, твоей сообщницей. Я сбегу с тобой, если захочешь, и ни разу не оглянусь назад. Только не гони меня..
Всхлипнув, Синявина замолкла и просто прижалась мокрыми от слез щеками к его широкой спине.
Doubt. 19 октября 2016 г. 23:19:17 постоянная ссылка ]

Слова Софьи жгли сердце, сковывали лучше её слабых рук: объятия, как и сплетение пальцев рук, всегда были жестом с намерением задержать; тем временем, женственная сила её была прочнее любых клеток. Алексей ослушался: потушил самокрутку и сунул остатки в карман пальто, затем неторопливо развернулся, чтобы, уперевшись в любимую макушку лбом и спрятав хрупкое тело в кольце своих рук, сказать негромко, ровным до обыкновенного тоном:
- Только на тот свет я от тебя когда-нибудь уйду.
Он пока не представлял иного выхода из их отношений, пусть они и были полны препятствий. Он мог бы, может быть, это пережить - он не задумывался и не мог знать наверняка. Знал только, что сегодня все его существо требует этой женщины от самого дна её души до последнего слетевшего с губ вздоха, и не хотел этому противиться. Рябинин хотел её себе, эгоистическим, варварским желанием охотника; он никогда не успокаивался. И хотя чувство это было очень агрессивно само по себе, его чувствительная, романтическая душа убивала его страхом никогда не воссоединиться с ней, словно чахоткой. Так эти двое были похожи, и так далеки друг от друга были внутренние миры, которые они скрывали друг от друга.
- Я стану для тебя тем, кем захочешь. Я буду твоей любовницей, твоей сообщницей. Я сбегу с тобой, если захочешь, и ни разу не оглянусь назад. Только не гони меня...
- Тогда будь моей, - тут же с расстановкой ответил он и отодвинулся немного, чтобы вытереть с её щек слёзы. Секундой позже горячие губы Рябинина все-таки забрали для себя поцелуй, но, короткий, украденный, он, конечно, нисколько молодого человека не утешил и только больше распалил. Однако на счастье ли, а может, к худшему, слово в её речи зацепилось ему за ухо и всколыхнуло тревожные чувства. Долго он пытался отогнать их, прижимая к себе возлюбленную и приговаривая: "Не плачь, Соня, всё теперь будет хорошо", - но всё напрасно. Поэтому, когда девушка немного успокоилась, Алексей позволил себе спросить:
- И почему только ты сказала "сообщница"? Мне это теперь всё покою не дает, - это была не самая прямая формулировка вопроса, но потемневшие глаза смотрели ожидающе и требовательно; нервно подернувшийся уголок левый губ несколько смягчал это выражение лица, для Рябинина слишком строгое. Но теперь он и Соне покою не даст, пока она не опровергнет его опасения.

Cranberries 20 октября 2016 г. 07:53:25 постоянная ссылка ]
Рябинин, конечно же, не послушался и повернулся застав ее не в самом лучшем состоянии - красный нос, глаза на мокром месте и взгляд как у загнанного зверька.
Теплые его объятия утешали, придавали ей сил. Софи тихо всхлипнула, пряча лицо у него на груди.
- Ты обещаешь мне, что никуда не уйдешь? - жалобно произнесла она, осознавая как сдавленно и соответственно жалко звучит ее голос.
Синявина уже мало отдавала себе отчет сколько они находятся здесь, сколько длилась их первая серьезная ссора, отзвуки которой до сих пор стояли в ушах. Она вообще ничего не осознавала, кроме сжимающих ее любимых рук и родного голоса.
Но одна она поняла прочно - ей придется выйти замуж за Вронского, жить вместе с ним в одном доме, делить с ним постель и одновременно с этим в тайне встречаться с Рябининым, быть его любовницей. Расклад, конечно, не радовал, но выхода не было. Терять его снова она была не намерена.
Жаркие слова и сладкий поцелуй вывел ее из оцепенения. Софи поднялась на носочки, обхватила руками его шею и вновь потянулась к его губам, продлевая их маленькую радость. Тело будто перестало принадлежать ей, ноги стали подкашиваться и если бы не сильные руки, обхватывающие ее талию она бы без сил свалилась в траву.
- Я твоя - сказала Соня, когда их уста наконец-то смогли оторваться друг от друга - Я твоя. И лишь надеюсь, что ты не ревнив и сможешь видеть меня рядом с Александром - живущую в его доме, сидящую с ним на приемах, целующую его на свадьбе. А если все затянется...- Софи сглотнула, в ужасе подумав о детях, но побоялась озвучить нечто настолько ужасное - И если ты сможешь выдержать все это, то и я смогу.
Рябинин утешал ее, словно ребенка, гладил по голове и бормотал как мантру "все будет хорошо", за что Соня была ему благодарна. Иногда невыносимо приятно доверится человеку, позволить ему вмешаться в твою жизнь и помочь.
- Сообщница? - озадаченно повторила она. - Я хотела сказать, что поддержу твои идеи и замыслы.. Да и если не заговором, то как можно назвать будет твои встречи с г-жой Вронской?
Софи обеспокоенно посмотрела в его глаза, потянулась рукой к манящей ее прядке волос.
Doubt. 20 октября 2016 г. 09:12:31 постоянная ссылка ]

«Обещаю», – почти шёпотом, но уверенно отзывался Рябинин. Конечно, он не представлял себе, как будет терпеть её брак с Вронским. Всё закипало внутри от одной мысли, что граф сегодня мог вести её под руку где-то; эмоции, которые Алексей испытывал от мысли об их первой брачной ночи, не поддаются описанию. И теперь, невольно подумав об этом, он лишь угрюмо молчал. Даже поцелуй, которого он так ждал, не смягчил его. Он хотел отправить Вронского в могилу в прямом смысле слова, но Соне не стоило знать об этом, пусть даже рано или поздно всё просто обязано было закончиться кончиной этого ничтожества.
Услышав ответ Сони – Рябинин слушал её преувеличенно внимательно, хотя так сразу этого не поймешь, ведь он всегда смотрит в глаза почти маниакально, – молодой человек явно испытал облегчение. «Прямо-таки все?» – задумался он и несколько странно, заторможенно усмехнулся.
– Какой же тут заговор? – проговорил Алексей, с удовольствием принимая ласковый жест. – Заговор был бы, если бы и я, и граф, и твой жених вооружились против тебя, чтобы обмануть. Но даже не думай всерьез о таком вздоре.
Он поцеловал темную бровь, и было в этом жесте что-то совсем мальчишеское. Затем добавил, всё ещё ухмыляясь левым уголком рта:
– И да, пока я не забыл: жандармы не имеют никакого отношения к поджогу. Так что нечего их бояться: наши нынешние ревизоры – безобидная шушера. По крайней мере, один из них.
Cranberries 20 октября 2016 г. 20:53:12 постоянная ссылка ]
Соня промолчала, представляя себе на что будет похожа ее жизнь. Как все будут хвалить ее, радоваться или завидовать за столь чудесную партию, как ей придется вымученно улыбаться Вронскому старшему и терпеть ненависть Вронского младшего. Как отец будет горделиво выставлять ее на показ, словно куклу. Коллежский ассесор! Какая честь для неказистой Синявиной, какая удача! Вот это партия! Ловить из толпы отчаянный взгляд Алексеея, улыбаться, наряжаясь в свадебное платье...
Софи еле слышно вздохнула, потерла замерзшие ладошки друг о друга. Как бы не обиделся на ее слова Рябинин, а ей и правда хотелось иногда забыть все, что с ней произошло в царском селе. Да, без любви она была бы несчастна. Но а сейчас что, можно назвать ее счастливой? Алексей заставлял ее меняться, заставлял ее изменять самой себе, подчинял ее своей воле, сам того не подозревая. А Синявина ничего не могла сделать, да и не хотела противится его.
Софи мягко вывернулась из объятий, одарив возлюбленного улыбкой, подняла валявшийся на полу мундштук и сдула с него пыль. Повторив все процедуру заново, Соня вновь закурила, анализируя все, что произнес Рябинин.
- И с чего сделаны такие выводы? Тебе что-нибудь стало известно? - жадно спросила Софи, чуть подаваясь вперед.
В последнее время ей стали закрадываться в голову странные мысли. Удивительная осведомленность Алексея в революционных процессах немного пугала ее и наталкивала на не самые положительные выводы. Нет, пожалуй она не подозревала Алексея в том, что он и есть революционер. Но все таки... может не стоит ему общаться с Анатолем?
Что-то мне не нравится все это - подумала про себя Софи, поднимая взгляд на мужчину.
- Расскажи мне что знаешь, пожалуйста -попросила она, обезоруживающее улыбаясь и закидывая ногу на ногу. - И еще кое-что.. когда по-твоему начнется весь этот кошмар?
Doubt. 20 октября 2016 г. 22:17:47 постоянная ссылка ]

Алексей каждый раз чувствовал себя пристыженным именно в тот момент, когда тактильный контакт с Софьей прекращался; наверное, утопая в неге, он просто не мог чувствовать ничего плохого. Теперь же, когда её тонкая фигурка побиралась к столу, а ему оставалось смотреть - если только не накинуться на неё, но это было рискованно (можно было вернуться к скандальному тону), да и по беседе с Софьей он соскучился отнюдь не меньше. Хотя эта беседа была в какой-то мере затруднительна.
Рябинин проследовал за ней, прикрыл дверь, вытащил часы, чтобы узнать, не подводит ли чувство времени; и всё это в обычном для него темпе: ватном, неторопливом, но не отменяющим ловкости движений. Диалог продолжился, и Алексей остался на ногах - устроился удобнее у косяка двери, облокотился на него спиной, подставив ногу, и сунул руки в карманы пальто. Неотрывно он смотрел на своё непредсказуемое счастье, пытаясь параллельно беседе переварить вид мундштука в неотразимых пальчиках.
- Да, ко мне приходил Неверов. Жандарм, может, ты его и не видела, один из двоих заведующих этим цирком. Они считают это "provocation", - передразнил молодой человек жандарма, и помесь открытой улыбки со злой насмешкой осветила его лицо, - и в этом есть логика. Действительно, поджигатели не пытались заблокировать выход из театра. Это либо неграмотное преступление, либо характерный для тайных обществ жест. И потом, они получают деньги за просиживание штанов в Царском Селе, так что так бесперспективно и скоро убивать кого-либо, в самом деле, было бы с их стороны глупо и странно. Революционеров по одному не ловят. Цель - допрос, а не смерть рецидивиста. Это мне папа рассказал, - пошутил он или нет, но хохотнул в любом случае. Последнюю фразу он услышал это от крестьянской пятилетней девочки вчера; естественно, Степана Рябинина Алексей "папой" отродясь не звал. Отсмеявшись, он наклонил голову, несколько рассеянно разглядывая лицо девушки. Затем пожал плечами, и тряхнул шевелюрой, мешающей глазам. - А по поводу начала ничего точного не могу сказать. Может, лет пять.
Ничего себе, "ничего точного". Может, Рябинин и по дурости это ляпнул, может, и намеренно: он понимал, где Софье придется его дожидаться эти "неточные" пять лет. С этим он отошел от стены и на некоторое время застыл, глядя через мутное окно на улицу.
- Может, и ты что-нибудь заметила важное? - здесь молодой человек снова уставился на Соню, не давая ей шанса улизнуть. Если она что-нибудь подумает, и хоть один мускул выдаст эту мысль, Алексей заметит. Наверное. На самом деле, это только впечатление такое создается, но этого разве мало?
"А ничего. Ей идет курить", - решил он, наконец. А вы думали, в его лохматой голове идет бурный мыслительный процесс? Нет, вышло время рефлексии.

Cranberries 21 октября 2016 г. 16:18:13 постоянная ссылка ]
Девушка задумчиво рассматривала Алексея - что именно полюбилось ей в нем? Чем так зацепил ее этот простодушные помещик, которого все зовут странным? Их романтические встречи в парке, неловкие касания? Или его прямота и немалый ум? Может высокая и сильная стать? А может, ее чувства всего лишь ответ неказистой девицы на проявление внимания?
Синявина стряхнула пепел на выуженную из кармана салфетку и выдохнула приятно пахнущий дым изо рта. Софи внимательно слушала, что говорил Рябинин и ей это совершенно не нравилось.
- Спрашивается, почему так долго продержалась власть при такой жандармерии - вкрадчиво произнесла она, вновь делая затяжку. - У государства, по обыкновению, есть службы по-серьезнее. Неужто мы не заслуживаем их внимания?
Внутренне усомнившись, что у отца Рябинина есть хоть капля юмора, Софи кивнула, соглашаясь с информацией которую он ей рассказал. Вот правда смешно ей не было совсем - не тот настрой.
Софи жадно курила, скрывая свое волнение. Будто кошки скребли на сердце. Ответ был очевиден, но эти страшные слова - пять лет - обрели истинный смысл лишь когда прозвучали из его уст. Целых пять лет! 1825 дней! Как ей продержаться в чужом доме? Как не подпускать к себе этого человека - родного мужа? Неужели Алексей согласен на это?
Все ее существо противостояло этой идее и желание сбежать куда подальше нарастало в ней с каждой минутой.
- Не отдавай меня ему! - захотелось крикнуть девушке, но она сдержалась.
- Увы, у меня в жизни были куда более личные переживания и эпизоды, чтобы еще и заниматься детективным розыском - произнесла девушка - Да и девушкам моего возраста не стоит забивать голову подобной чепухой.
Уголок губ у Сони дрогнул, однако в остальном она не подавала виду, что мысли ее заняты совершенно другим.
Doubt. 21 октября 2016 г. 18:35:43 постоянная ссылка ]

Не в голосе, но в тщательно подобранных словах Софьи было столько боли, что Рябинин оставил собственные беспокойства (мы имеем в виду следующие: он не хотел бы, чтобы барышня подумала о нём лишнее, тем более, если это будет правдой, а не вымыслом). Добрая усмешка появилась на его лице, и он двинулся к ней, чтобы согреть свободную от мундштука возлюбленную руку, - больше ему нечем было поддержать её и успокоить. Он бы и рад её просто украсть и увезти, но теперь это было невозможно, даже если их не станут преследовать. Год назад, два года назад - в то время Алексей не планировал семью; он наблюдал за Облонской и думал, что любить безответно - трудно. Сейчас оказалось, что взаимно любить труднее. В том числе из-за того, что выбранная им два года назад дорога вела в противоположную от счастья и благополучия сторону.
Молодой человек сел рядом с Соней, глядя на нее с ожиданием и игриво улыбаясь. А потом она сказала это:
- Да и девушкам моего возраста не стоит забивать голову подобной чепухой.
И его широкие брови поползли вверх в крайнем удивлении, подчеркнутом также длительной паузой после её заявления. Если бы графиня сказала, что являлась членом партии "Народное право" вплоть до их недавнего развала, реакция Алексея была бы такой же, - но ни в каком ином случае. Причины, по которым девушка не поддержала дискуссию о поджоге и не была особо подозрительна к априорным высказываниям Рябинина (к чему тот морально готовился, как оказалось, совершенно напрасно), он ещё мог сформулировать для себя. Однако последнее высказывание Софьи было всё равно, что всадник Апокалипсиса.
- После этих слов я уже не удивлюсь, если революция начнется завтра же, - он был близок к тому, чтобы рассмеяться в духе очевидного дружелюбия, хотя на деле переживал и думал: "Не могу представить себе, что может она переживать так сильно, чтобы верить в то, что только что сказала". - И что это на тебя нашло? Я думал, забивать голову чем-то более масштабным, чем чепуха, которой забивают себе голову твои ровесницы, - твоё кредо.
В карих глазах отражалась дрожащая свеча и сомнения Алексея. Он, вроде, сразу успокоил себя тем, что Синявина просто устала; даже посмотрел снова на часы. Они показывали половину третьего ночи.
- Тебе нужно отдохнуть. Пойдем. Ты выглядишь измученной.
Молодой человек встал и предложил Софье руку. Только сейчас он подумал, что её нынешние страдания - его вина хотя бы наполовину; что надерзив Вронскому в театре, он подтолкнул его к её дверям и свадьбу к началу июля. Так торопиться после помолвки было не принято. Поганая мысль носилась по голове Алексея: "Вронский действительно порядочнее, и с ним она будет спокойнее", - но он гнал ее, не решаясь эту мысль подумать.

Cranberries 21 октября 2016 г. 18:55:32 постоянная ссылка ]
Не только забота о собственных "неудобствах" тревожила пока еще Синявину. Ей совершенно не верилось, что Алексей сможет сдержать свое слово и вытерпеть все, что ему предстояло вытерпеть, коли действительно быть ей в роли Вронской. Страшно будет представить, что случится если их застукают, если обвинят ее в измене... Влияния Вронских хватит, чтобы окончательно испортить жизнь Рябинину. Разве стоит она того?
Софи отвлеклась на жест нежности со стороны Алексея и улыбнулась уголком губ. Она понимала, что не о том она думает. Что следует высказать свои опасения насчет грядущей революции, что она, на самом-то деле еще даже не решила для себя - станет революция прорывом или крахом для ее родины? Но что-то останавливало ее обсуждать это с Алексеем. Какое-то шестое чувство, природу которого она не могла разгадать. А вот возлюбленный ее помещик, напротив, уже который раз в их разговоре обходными путями наталкивает ее на откровенность..и все это вызывало немалые подозрения, которые Синявина не знала как преподнести, не знала как озвучить.
Неприятное чувство закралось у Сони, она перевела взгляд внимательных глаз на Алексея и нахмурилась, размышляя.
- Было моим кредом. Пока меня слушали. - почти прошептала Соня.
Софи вздохнула и наконец-то решилась на то, на что не могла решится весь вечер. Она поднялась на ноги и, посмотрев в лицо Алексею, произнесла:
- Я ничуть не устала. И я хочу знать - замешан ли ты во всем, что сейчас происходит. И ты не посмеешь мне соврать - Софи сощурилась, ожидая ответа и одновременно боясь услышать его - Я не хочу больше пространных разъяснений, вкрадчивых слов и "прощупывания почвы". Я хочу конкретики. Ты призываешь меня стать на свою сторону, призываешь доверится тебе и я иду за тобой. Но я имею право знать.
Софи опять отложила мундштук и, сложив руки на груди, не сводила внимательного взгляда с лица Рябинина. Наверное, чуть ли не впервые она в действительности не знала, что он ей скажет, как отреагирует. Она чувствовала его жалость к себе и эта жалость ее давила, заземляла.
Doubt. 21 октября 2016 г. 19:48:26 постоянная ссылка ]

Софья была удивительна. Удивительна, поразительна и неотразима. Кроме того, обмануть любимого человека почти невозможно: ты вкладываешь в него частичку себя, а самого себя вокруг пальца обвести не выйдет. Так что даже Рябинин со своим каменным лицом не мог загородить от возлюбленной самого себя: он был столько же чувствителен, как и скрытен. Однако он ни при каких обстоятельствах не ожидал прямого вопроса. Он не хотел ей лгать: и так он ввязывал ее в слишком опасные игры. Да только и откровенность молодой человек позволить себе не мог, в том числе и потому, что, как известно, меньше знаешь - крепче спишь.
Спустя секунд пять молчания и плотного зрительного контакта (он не стеснялся и не боялся, нет; Рябинин вообще себя никогда особенно не жалел), он ответил:
- Солгать не посмею. Но если не лгать, то сказать мне нечего.
Алексей не знал, увидит ли Софья правду, скрытую за правдой, - ту, за которую его могут убить. Снять с этой конфетки фантик и откинуть его он не имел права, соответственно, он был честен, насколько мог, но звучало это, конечно, не так конкретно, как "да" или "нет". С этим молодой человек вновь протянул ей руку.
- Тебе нужно идти, - он наклонил голову, и выглядел от этого еще настойчивее. - Нам не стоит наживать неприятности. У тебя их и так довольно.
"И без меня", - сказал бы он, но считал, что доставлять неприятности - это не по-мужски, и потому не хотел говорить этого вслух. Алексей хотел хотя бы обнять ее на прощание, но не решался делать резких движений прежде, чем поймет ее эмоциональное состояние.

Cranberries 21 октября 2016 г. 20:43:16 постоянная ссылка ]
Гулко стучало сердце, грудь вздымалась от тяжелого и хриплого дыхания девушки. Волнистые пряди спадали на лицо, закрывая расширенные от удивления и даже страха глаза. Софья была поражена, поражена в самое сердце и просто не могла сдвинутся с места. Дыхание окончательно сломалась, девушка закашлялась, прикрыла лицо руками.
- Ты... ты. Это был ты! - сдавленные рыдания вырвались из плотно сжатых губ, но Синявина невероятным усилием заставила себя остановит захлестывающую ее истерику. - Ты не можешь.. не смеешь!
Софи порывисто отвернулась и бросилась к двери, жадно глотая свежий воздух. Мысли были спутаны, кровь стучала в висках и тошнота подступала к горлу. Столько дней размышлений, столько событий в ее жизни и все из-за одного единственного человека! Софи хотелось кричать, хотелось колотить его руками в грудь. Она подняла на него затуманенные глаза и ужаснулась - она не могла больше видеть в нем своего возлюбленного мечтателя, своего спасителя. Он участвовал в падении империи, он должен был ненавидеть ее, ненавидеть ее семью, ненавидеть ее дом, засаженный тополями. Ее прямую графскую осанку, ее горделивые речи, ее богатство.
- Я верила тебе! Чем ТЫ, лучше Алексендра? Ты, спасающий меня их театра, который сам же и поджог! Ты, столько раз тыкавший мне в лицо мой титул! О, теперь я понимаю. Теперь я все понимаю - в ее голосе появилась болезненная хрипота, по лицу струились слезы. Вся ее натура протестовала и отказывалась верить в это.
- Ты же просто использовал меня, просил доверится! А я дура, послушала тебя! Какой мужчина отдаст свою возлюбленную другому так просто! - в голосе Софи прозвучали уже слишком высокие нотки и она в ужасе отшатнулась, когда Рябинин решил приблизится к ней.
Она спешно схватилась за косяк, боясь упасть - оцарапала руку о выступающий гвоздь и даже не заметила крови. На какое-то мгновение ее глаза остекленели.
- Мне не нужна твоя защита и помощь. Я не буду бежать с тобой и не буду бежать от тебя - прошептала она - Спасибо, за то, что позволил никчемной графской дочке почувствовать себя любимой. Я не хочу такой жизни, я не хочу видеть тебя больше в своей жизни.
Ненависть к самой себе полыхала в ней с новой силой и от этого огня она не могла укрыться. Она положила мундштук в карман, одернула камзол, поспешно стерла следы слез со щек. Ее лицо ужесточилось, губы сжались в тонкую полоску.
Как я могла не заметить всего этого! Как я могла не сложить дважды два! Чертовы чувства заслонили мой разум - обрывисто подумалось ей.
- Я забуду все, что сегодня произошло. Я забуду тебя и никто никогда не узнает о твоей тайне из моих уст. Я клянусь.
Немного покачиваясь, Софи вышла из избы, что еще недавно представлялась ей их домом и пошла в сторону своего большого графского дома с темными окнами.
 


Rebel. > Поместье Синявиных.  14 октября 2016 г. 21:32:56

читай на форуме:
флудим.х)
я не знаю.поговорить надо.
как же они меня достали ==
пройди тесты:
Cквозь время
Помогите мне плизи!
Принцесса холода. часть 1
читай в дневниках:
.
.
.

  Copyright © 2001—2018 LTalk
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх